6

Переосмысление императива роста

КЕМБРИДЖ. В современных макроэкономических моделях быстрый и стабильный экономический рост часто расценивается как самый важный элемент стратегии. Это послание находит отражение в политических дебатах, залах заседаний центральных банков и на первых полосах газет. Но имеет ли на самом деле смысл принимать рост как основную социальную цель навсегда, как это неявно предлагается в учебниках по экономике?

Конечно, многие критики стандартной экономической статистики выступают за более широкий список показателей, характеризующих национальное благосостояние, такие как ожидаемая продолжительность жизни при рождении, грамотность и т.д. Подобные оценки включает в себя Доклад о развитии Организации Объединенных Наций и недавние доклады спонсируемой Францией Комиссии по измерению основных показателей экономической деятельности и социального прогресса, которую возглавляют экономисты Джозеф Стиглиц, Амартия Сен и Жан-Поль Фитусси.

Но в этом вопросе может заключаться даже более глубокая проблема, нежели узкая направленность статистических данных: неспособность современной теории роста адекватно отразить тот факт, что люди в основе своей являются социальными существами. Они оценивают свое благосостояние, основываясь на том, что они видят вокруг себя, а не только на некотором абсолютном стандарте.

Экономист Ричард Истерлин сделал хорошо известное наблюдение, что так называемые опросы «счастья» показывают удивительно малую эволюцию этого показателя за десятилетия, прошедшие после окончания второй мировой войны, несмотря на значительный рост доходов. Излишне уточнять, что результат Истерлина кажется менее правдоподобным для очень бедных стран, где стремительно растущие доходы часто позволяют обществу наслаждаться значительными улучшениями качества жизни, которые, предположительно, сильно коррелируют с любой разумной мерой общего благосостояния.