11

Реализм для Европы и Турции

БЕРЛИН – Отношения между Европой и Турцией давно определяются глубоким противоречием. Сотрудничество в сфере безопасности (особенно во время Холодной войны) было тесным, также как и экономические связи, но при этом базовые принципы демократии в Турции оставались слабыми – права человека, свобода прессы, права меньшинств, независимая судебная система, гарантирующая верховенство закона. Обе стороны спорят даже из-за истории – об этом свидетельствует диспут по поводу признания геноцида армян во время Первой мировой войны.

После того как в 2002 году власть перешла к правящей ныне Партии справедливости и развития (ПСР), Абдулла Гюль, а затем Реджеп Тайип Эрдоган, казалось, способствовали разрешению этих конфликтов. В первые годы своего правления ПСР хотела, чтобы Турция вошла в Европейский союз и модернизировала экономику. Правительство проводило реальные реформы, особенно в тех сферах (например, судебная система), которые были важны для прогресса на пути к членству в ЕС.

Однако у Эрдогана всегда оставался в запасе «нео-османский» вариант, ориентирующий Турцию на Ближний Восток и мусульманский мир. Это стало очевидно в 2007 году, когда немецкий канцлер Ангела Меркель и тогдашний президент Франции Николя Саркози де-факто закрыли перед Турцией двери в Евросоюз, причём унизительным для Эрдогана способом.

В последние дни, впрочем, напряжённость в отношениях между Европой и Турцией приобрела причудливый оттенок. Турецкое правительство дважды вызывало посла Германии, чтобы выразить протест против короткого сатирического видеоклипа про Эрдогана, показанного по региональному немецкому телевидению, и даже потребовало запретить этот клип.