0

«Перезагрузка» ДДТ

ПАЛО-АЛЬТО (шт. Калифорния). Соучредитель компании Microsoft Билл Гейтс очень интересный человек. Это же можно сказать и о ежегодном документе на 19 страницах, в котором описывается работа Фонда Билла и Мелинды Гейтс, самой большой благотворительной организации в мире. Но для такого умного человека, как Гейтс, который к тому же может позволить себе нанять экспертов в любой области, некоторые стратегии его фонда озадачивают.

Рассмотрим подход его фонда к малярии, с которой он боролся с помощью москитных сеток и не очень эффективного вмешательства с использованием устаревших технологий, в то время как использование высоких технологий в виде разработки вакцины в течение многих десятилетий осуществлялось без особого успеха. Этот подход отрицает старый, дешевый и безопасный способ контроля за переносчиком инфекции – малярийным комаром ‑ который распространяет болезнь: химическое вещество дихлордифенилтрихлорэтан (ДДT, или просто дуст).

Aleppo

A World Besieged

From Aleppo and North Korea to the European Commission and the Federal Reserve, the global order’s fracture points continue to deepen. Nina Khrushcheva, Stephen Roach, Nasser Saidi, and others assess the most important risks.

Малярия – это бич, особенно для жителей бедных тропических стран. Сорок один процент мирового населения живет в областях, где распространена малярия, 350-500 миллионов случаев заболевания каждый год.

С этой болезнью связаны существенные расходы у людей, семей и правительств. Расходы людей и их семей включают медикаменты, поездки и лечение в клиниках, потерю времени на работе и в школе и расходы на профилактику. Расходы правительств включают обслуживание помещений и оборудования медицинских учреждений, покупку и поставку медикаментов, помощь системе здравоохранения в виде распыления инсектицидов или распределения обработанных инсектицидами москитных сеток, а также потерянные доходы от налогов и туризма.

Такие расходы ‑ это огромное экономическое бремя для расположенных в зоне распространения малярии стран, и это препятствует их развитию. Считается, что ежегодный экономический рост в странах с высоким уровнем малярии на 1,3 процента ниже, чем в других странах.

Препарат под названием артемизинин безопасен и оказывает мощное и быстрое противомалярийное действие. В сочетании с другими противомалярийными средствами он эффективно использовался в течение нескольких лет для лечения множественных лекарственно-устойчивых видов малярии. Но устойчивость к нему возникла и будет увеличиваться, так что при отсутствии вакцины устранение москитов, которые распространяют болезнь, является ключом для предотвращения эпидемий.

К сожалению, некорректная государственная политика ограничивает доступные варианты решения проблемы малярии.

В 1972 году, на основе данных по токсичности, для сохранения рыбы и мигрирующих птиц (но не людей), Управление по охране окружающей среды Соединенных Штатов фактически запретило использование ДДТ, недорогого и эффективного пестицида, когда-то повсеместно использовавшегося для уничтожения несущих болезнь насекомых. Впоследствии ДДТ был запрещен для сельскохозяйственного использования во всем мире, согласно Стокгольмскому соглашению по постоянным органическ��м загрязняющим веществам 2001 года, которое заклеймило химикат и запретило его использование.

Основной принцип токсикологии – это то, что химическое вещество становится ядом, начиная с определенной дозы. Хотя ДДТ – это умеренно токсичное вещество, есть различие между применением большого количества его в окружающей среде ‑ как фермеры делали это прежде, чем он был запрещен ‑ и использованием его аккуратно и экономно для борьбы с москитами и другими несущими болезнь насекомыми. (Нынешнее его использование предполагает распыление в закрытом помещении в небольших количествах для предотвращения гнездования москитов.)

Инспекторы, запретившие ДДТ, также были не в состоянии учитывать недостаточность альтернатив. Поскольку он не биоразлагается после распыления, ДДТ действует намного лучше, чем многие пестициды, использующиеся сейчас, некоторые из которых ядовиты для рыбы и других водных организмов. С запрещением ДДТ полномочные органы, контролирующие ситуацию с москитами, очень быстро расходуют выделяемые им средства на многократное распыление малоэффективных инсектицидов короткого действия.

Более того, даже если москиты перестают погибать от ДДТ, он все еще отпугивает их. Периодическое опыление оконных рам и дверных коробок остается чрезвычайно эффективной противомоскитной процедурой. Эксперты Билла Гейтса, кажется, не знают этого; ежегодный документ фонда содержит следующее единственное упоминание о ДДТ: “в 1950-х и 1960-х годах мир надеялся, что [малярия] может быть устранена посредством уничтожения москитов с помощью ДДТ, но эта тактика потерпела неудачу, когда москиты обрели невосприимчивость к химикату”.

С тех пор как ДДТ был запрещен, уровень переносимых насекомыми болезней, таких как малярия и лихорадка, возрос. Фактически, огромные жертвы болезней, распространяемых москитами, принудили некоторых чиновников здравоохранения вернуться к использованию ДДТ. В 2006 году, примерно после 50 миллионов смертельных случаев, которые можно было бы предотвратить, Всемирная организация здравоохранения ООН полностью изменила курс и подтвердила использование ДДТ для истребления малярийных комаров. Агата Кочи, сотрудник ВОЗ, ответственный за малярию, сказала: “Мы должны принять позицию, основанную на научных данных. Одним из лучших методов борьбы с малярией является распыление внутри помещений устойчивых химикатов. Из приблизительно дюжины инсектицидов, одобренных ВОЗ как безопасных для распыления внутри помещений, самым эффективным является ДДТ.”

Но у стратегий, основанных на научных данных, очень короткий период существования в ООН. Без лишнего шума, в мае 2009 года ВОЗ вместе с Программой окружающей среды ООН снова одобрила менее эффективные методы для предотвращения малярии, объявляя, что их цель состоит в том, чтобы “достигнуть 30% снижения использования ДДТ во всем мире к 2014 году и полного постепенного сокращения его использования к началу 2020-х годов, если не раньше”. При отсутствии эффективных вакцин или новых противомалярийных средств ‑ финансирования и инфраструктур для их поставки ‑ это решение эквивалентно массовому убийству, триумфальной победе радикальной экологической политики над здравоохранением.

Как мы можем осушить болото государственной политики?

Во-первых, правительства должны переоценить огромный объем данных по ДДТ, которые были собраны с 1970-х годов, и они должны немедленно сделать ДДТ доступным для контроля москитов внутри помещений.

Во-вторых, правительства должны выступить против международных ограничений на ДДТ и отказать в финансировании всем организациям ООН, выступающим против использования “лучшей доступной технологии” (включая ДДТ) для контроля переносимых москитами болезней.

Support Project Syndicate’s mission

Project Syndicate needs your help to provide readers everywhere equal access to the ideas and debates shaping their lives.

Learn more

В-третьих, чиновники здравоохранения должны начать кампанию по информированию местных властей и граждан о пользе ДДТ. Люди сейчас слышат только рефлексивный барабанный бой защитников окружающей среды, борющихся против использования пестицидов, грустное наследие невежественной Рэйчел Карсон и ее последователей.

И да, действительно было бы полезно, если бы самый великий филантроп в мире сказал бы свое веское слово за удаление клейма с ДДТ.