13

Новые враги общественности

НЬЮ-ЙОРК – До ноябрьских терактов в Париже, в этом городе было законно организовывать демонстрации на общественной площади. Сегодня это не так. В Уганде, несмотря на то, что граждане, выступающие против коррупции или в защиту прав гомосексуалистов, часто сталкиваются с враждебной общественностью, им не грозит тюремное заключение за участие в демонстрации. Но под пугающе неопределенным размытым новым законом, сейчас им это грозит. В Египте, правительственные власти недавно совершили серию облав и закрыли видные культурные институты – художественную галерею, театр и издательство - где некогда собирались художники и активисты.

По-видимому, во всем мире, стены смыкаются в пространстве, когда людям необходимо собраться, объединиться, свободно высказать свое мнение и выразить свое несогласие. Даже, если Интернет и коммуникационные технологии технически упростили публичные высказывания, чем когда-либо, повсеместное государственное и коммерческое наблюдение привело к тому, что выражение мнения, объединение и протест остаются ограниченными. Коротко говоря, высказывание своего мнения никогда не требовало большего мужества.

Aleppo

A World Besieged

From Aleppo and North Korea to the European Commission and the Federal Reserve, the global order’s fracture points continue to deepen. Nina Khrushcheva, Stephen Roach, Nasser Saidi, and others assess the most important risks.

Лично я, почувствовал эти изменения на себе. В ноябре, Фонд Открытое Общество (глобальная благотворительная организация Джорджа Сороса, которую я возглавляю) стала второй организацией, внесенной в черный список, согласно закону Российской Федерации, вступившем в силу в мае, который позволяет генеральному прокурору страны запрещать иностранные организации и приостанавливать их финансовую поддержку местным активистам. Так как любой, кто с нами сотрудничает, является объектом возможного судебного преследования и тюремного заключения, у нас не оставалось никакого выбора, кроме как прервать отношения с десятками российских граждан, которых мы поддерживаем в их усилиях по сохранению отдельных фрагментов демократии в своей стране.

Безусловно, нет ничего плохого в регулировании общественного пространства и организаций, которые его используют. В начале 1990-х, некоторые новые правительства в Восточной Европе, Африке и Латинской Америке, недооценив силу активности граждан и гражданского общества, не смогли адекватно урегулировать правозащитные организации и пространство, в котором они работают. Но в течение последних двух десятилетий, когда активные граждане свергли режимы в десятках стран, правительства зашли слишком далеко в противоположном направлении, путем наложения чрезмерных регулирующих мер на те организации и то пространство. В процессе, они криминализируют большинство основных форм демократической практики.

В некоторых случаях, правительства даже не потрудились создать юридический прецедент для своих действий. Прошлой весной в Бурунди, Президент Пьер Нкурунзиза приступил к исполнению своего третьего срока, несмотря на то, что конституцией закреплено два президентских срока. Когда граждане вышли на улицы в знак протеста, были жестоко подавлены.

Были сломлены даже страны с одними из самых надежных демократических традиций в мире. После атак в Париже, Франция и Бельгия (где план был составлен и организован) приостановили на неопределенный срок гражданские свободы, превратив себя в одночасье в полицейские государства, по крайней мере, по статусу. В обеих странах были запрещены демонстрации; были закрыты культовые места; а сотни людей были задержаны и допрошены за то, что высказали нетрадиционное мнение.

Этот подход приводит к серьезным последствиям. Тысячам людей, кто планировал протесты против климатических переговоров ООН в прошлом месяце, пришлось довольствоваться тем, что в знак протеста они оставили свои ботинки. Это была потрясающая картина, иллюстрирующая, как страх может захватить обязательства, необходимые для поддержания открытых обществ и политических свобод даже в Европе, родине современного гражданского общества.

Не существует простой формулы для регулирования общественного пространства или обеспечения мирного политического инакомыслия в эпоху терроризма и глобализации. Но два основных принципа очевидны.

Во-первых, мир нуждается в более жестком международном управлении перемещения людей и денег, а также в меньших ограничениях свободы слова, объединения и несогласия. В последнее время правительства двигались в неправильном направлении. Но 2016 год, предлагает множество возможностей для исправления в этих областях, начиная с торговли до миграции.

Во-вторых, некоммерческим организациям, работающим на улучшение государственной политики, необходимы такие же права для обеспечения международного финансирования, как и некоммерческим предпринимателям, стремящимся предоставить товары и услуги. Прямое иностранное инвестирование следует поощрять, а не препятствовать ему, независимо от того, будет ли оно поддерживать производство товаров и создание рабочих мест или более сильные государственные политики и более активное гражданство.

Support Project Syndicate’s mission

Project Syndicate needs your help to provide readers everywhere equal access to the ideas and debates shaping their lives.

Learn more

Ответственность за изменение курса не ложится исключительно на правительства. Каждый из нас, кто ценит открытое общественное пространство, должен стоять плечом к плечу в поддержку политических рамок и институтов, которые его защищают. Настало время для солидарности посредством движений, доводов и стран.

Когда обычная активность обеспокоенного гражданина может привести вас в тюрьму, а страх преследования поощряет массовую пассивность, политика решающая одну проблему не является выигрышной стратегией. Лучший способ защитить общественное пространство, это занять его, даже если вы высказываетесь в поддержку мнения, отличного от человека, стоящего рядом с вами. В 2016 году, мы должны заполнить – и, таким образом, защитить – это пространство вместе.