Protesters hold signs while standing a few blocks away from the World Trade Organization Daniel Sheehan/Liaison Agency/Newsmakers

Может ли мультилатерализм адаптироваться?

ФЛОРЕНЦИЯ – Перенесёмся в конец 1990-х. После паузы, длившейся восемь десятилетий, мировая экономика вновь становилась единой. Экономическая открытость превратилась в норму. В финансовом секторе проводилась либерализация. Зарождавшийся интернет обещал вскоре предоставить каждому на планете равный доступ к информации. Для управления усиливающейся взаимозависимостью создавались новые международные институты. На свет появилась Всемирная торговая организация. И только что была закончена работа над обязывающим климатическим соглашением – Киотским протоколом.

Сигнал был чётким: глобализация – это не только либерализация потоков товаров, услуг и капиталов, но и создание правил и институтов, которые нужны для управления рынками, для содействия сотрудничеству и для обеспечения глобальных общественных благ.

А теперь вернёмся в 2018 год. Глобальные торговые переговоры, начатые в 2001 году, ни к чему не привели, несмотря на десятилетие усилий. В Интернете произошла фрагментация, которая, возможно, будет нарастать. На подъёме финансовый регионализм. Глобальная политика борьбы с изменением климата опирается на несколько необязывающих соглашений, причём США из них вышли.

Да, ВТО пока ещё здесь, но неэффективность этой организации возрастает. Президент США Дональд Трамп, не скрывающий своего презрения к многосторонним правилам, старается заблокировать систему урегулирования споров ВТО. Вопреки всему очевидному, Америка утверждает, будто импорт автомобилей BMW угрожает её национальной безопасности. А Китаю, минуя какие-либо многосторонние механизмы, жёстко приказано импортировать больше, экспортировать меньше, снижать субсидии, воздерживаться от покупки американских технологических компаний и соблюдать права на интеллектуальную собственность. Сам принцип многосторонних отношений, а это ключевая опора системы глобального управления, выглядит теперь реликтом далекого прошлого.

Что случилось? Трамп, безусловно. Сорок пятый президент США вёл предвыборную кампанию как слон в посудной лавке, пообещав разрушить здание международного порядка, построенное и заботливо сохранявшееся всеми его предшественниками, начиная с Франклина Рузвельта. Вступив в должность, он оказался верен своему слову и начал объявлять о выходе США из одного за другим международных соглашений, а также вводить импортные пошлины против друзей и противников.

Но давайте посмотрим правде в глаза: нынешние проблемы начались не при Трампе. Это не Трамп похоронил переговоры о климатическом соглашении в Копенгагене в 2009 году. Это не Трампа надо винить в провале Дохийского раунда переговоров ВТО. Это не Трамп посоветовал Азии выйти из глобальной системы финансовой защиты под управлением Международного валютного фонда. До Трампа всеми этими проблемами занимались намного вежливей. Но они были.

Subscribe now

Exclusive explainers, thematic deep dives, interviews with world leaders, and our Year Ahead magazine. Choose an On Point experience that’s right for you.

Learn More

В объяснениях нет недостатка. Во-первых (и это важно), у многих участников международной системы изменилось отношение к глобализации. В развитых странах многие считают, что размеры ренты от технологических инноваций стремительно сокращаются. Именно этой ренте были обязаны своим уровнем жизни фабричные рабочие США в прошлом. Но, как прекрасно показал экономист Ричард Болдуин в книге «Великая конвергенция», технологии стали доступней, производственные процессы сегментировались, а многие источники ренты исчезли.

Второе объяснение: провал американской стратегии отношений с Россией и Китаем. В 1990-е годы президенты Джордж Буш-старший и Билл Клинтон полагали, что международный порядок поможет превратить Россию и Китай в «рыночные демократии». Однако ни с Россией, ни с Китаем политическая конвергенция не произошла. Китай сближается по уровню ВВП и сложности продукции, но его экономическая система остаётся в стороне от этого процесса. Как доказывал в статье 2016 года Марк Ву из Гарвардского университета, рыночные силы  играют важную роль в экономике Китая, но координация со стороны государства (и контроль со стороны Коммунистической партии) остаётся всеобъемлющей. Китай изобрёл собственные экономические правила.

В-третьих, США не уверены в том, что основанная на правилах система является наилучшим механизмом для управления соперничеством с Китаем. Да, многосторонняя система способна помочь действующему гегемону и находящейся на подъёме державе избежать скатывания в так называемую «ловушку Фукидида», то есть к военной конфронтации. Однако в Америке растёт ощущение, что система многосторонних отношений (мультилатерализм) в большей степени ограничивает её собственное поведение, чем китайское.

Наконец, глобальные правила выглядят сильно устаревшими. Некоторые базовые принципы, начиная с той простой идеи, что проблемы надо решать на многосторонней, а не двусторонней основе, столь же сильны, как и раньше, но многие другие правила выглядят придуманными для мира, которого уже не существует. Сложившаяся практика торговых переговоров не имеет особого смысла в мире глобальных производственных цепочек и сложных видов услуг. А распределение стран по категориям в зависимости от уровня развития перестаёт быть полезным, потому что в некоторых из них наличие первоклассных мировых компаний сочетается со сферами экономической отсталости. Тем не менее, инерция очень значительна, и хотя бы потому, что для изменения этих правил требуется консенсус.

Итак, что делать? Один из вариантов – сохранять существующий порядок в максимально возможной степени. Именно такой подход был выбран после того, как Трамп объявил о выходе США из Парижского климатического соглашения: другие участники этого соглашения продолжают его соблюдать. Преимущество этого подхода в том, что он ограничивает ущерб, наносимый необычным поведением какой-либо страны. Но поскольку поведение США является симптомом, метод консервации не позволяет вылечить болезнь.

Второй вариант – воспользоваться наступившим кризисом как возможностью для реформы. Евросоюз, Китай и несколько других стран (к которым, как можно надеяться, в какой-то момент присоединятся США) должны стать теми, кто возьмёт на себя инициативу и, сохранив ещё полезные элементы старого мультилатериализма, внедрит их в новые механизмы, которые будут справедливей, гибче и более подходящими для современного мира.

Подобная стратегия позволяла бы делать практические выводы из исчерпания традиционных механизмов и появления новых. Вопрос в том, а есть ли сейчас лидеры и политическая воля, которые нужны, чтобы не ограничиваться пустыми компромиссами ради сохранения лица? Есть и побочный риск: провал подобной реформы может привести к полному развалу глобальной системы.

В конечном итоге, ни культивирование ностальгии по вчерашним порядкам, ни надежды на шаткие, неэффективные формы международного сотрудничества не могут быть решением. Международные коллективные действия требуют правил, потому что одной только гибкостью и доброй волей нельзя справиться с трудными проблемами. Путь вперёд узок – необходимо выявить, пошагово, минимальные требования к эффективным коллективным действиям и разработать соглашение о реформах, которое будет соответствовать этим требованиям. Тем, кто верит, что такой путь вперёд действительно существует, его надо начинать искать, не теряя времени.

http://prosyn.org/PITpcmW/ru;

Handpicked to read next

Cookies and Privacy

We use cookies to improve your experience on our website. To find out more, read our updated cookie policy and privacy policy.