Skip to main content

Cookies and Privacy

We use cookies to improve your experience on our website. To find out more, read our updated Cookie policy, Privacy policy and Terms & Conditions

kaletsky66_ANDREW CABALLERO-REYNOLDSAFP via Getty Images_IMFGeorgievaconfused Andrew Caballero-Reynolds/AFP/Getty Images

Конец эры монетаризма

ЛОНДОН – Нехорошие предчувствия доминировали на прошедших в октябре годовых собраниях Международного валютного фонда и Всемирного банка в Вашингтоне. Но их реальной причиной не были опасения по поводу глобальной рецессии. Да, в последнем выпуске «Перспектив мировой экономики» МВФ говорится, что экономическая активность в этом году замедлилась до самого низкого уровня с 2009 года, однако прогнозируемый рост глобальной экономики на 3% по-прежнему намного выше уровней, характерных для предыдущих рецессий, и он соответствует приличному состоянию экономики в большинстве стран мира. Это совсем неплохой результат для уже 11-го по счёту года, когда мировая экономика демонстрирует непрерывный рост. А в следующем году, по прогнозам МВФ, рост ускорится до 3,4%, что очень близко к показателю долгосрочного устойчивого тренда роста мировой экономики – 3,6%.

Можно было бы сказать, что прогнозируемое МВФ увеличение темпов роста экономики в следующем году заслуживает весьма сдержанного доверия и по простой причине: все экономические модели построены таким образом, чтобы в итоге выйти на долгосрочные усреднённые тренды роста. Однако цифры за 2019 года иные и вызывают намного больше доверия. К этому времени года «прогнозы» на 2019-й в основном отражают данные, которые уже были собраны. И поэтому эти цифры в целом уже отражают существующие факты, такие как торговая война США и Китая, коллапс производства автомобилей в Германии, опасения по поводу выхода Британии из ЕС без соглашения.

Прогнозы на 2019 год подтверждают сравнительно благоприятную картину в глобальной экономике, которую я уже описывал после предыдущего выпуска данных МВФ. Несмотря на торговую войну, ни в США, ни в Китае не наблюдается никакого реального ослабления: по сравнению с октябрём прошлом года темпы роста в обеих странах снижены на статистически незначительные 0,1%. Показатели Японии также остаются неизменными, а в остальных странах Азии наблюдается лишь крайне небольшое замедление. Главной проблемной зоной мировой экономики в этом году стала Европа: в еврозоне прогнозы темпов роста пересмотрены в сторону снижения более чем на треть – с 1,9% до 1,2%, а в Германии – с 1,9% до 0,5%, что почти знаменует рецессию.

Плохая новость в том, что сравнительно благоприятные условия, которые до сих пор превалируют в мировой экономике, в какой-то момент действительно начнут ухудшаться, пусть и не в 2020 году или даже не в 2021-м. В этот момент центральные банки должны будут признать, что больше не способны управлять бизнес-циклами и смягчать спад экономики. Но есть и не такая плохая новость: большинство монетарных властей сегодня понимают, что есть и другие, более эффективные инструменты и что применять их мешает лишь устаревшая политическая идеология и экономическая догма.

Спустя сорок лет с тех пор, как избрание Маргарет Тэтчер в 1979 году утвердило господство различных форм политики монетаризма, интеллектуальный маятник качнулся обратно к кейнсианской идее: бюджетная политика, то есть решения о государственных расходах, налогообложении и заимствованиях, предлагает наиболее эффективные инструменты для управления спросом и для стабилизации экономических циклов. Центральные банки первыми признались в том, что монетарная политика достигла пределов своих возможностей, в то время как многие политики и учёные-экономисты продолжают отрицать происходящую сейчас смену парадигмы.

Знаменитое высказывание Милтона Фридмана – «инфляция всегда и везде является монетарным феноменом» – уже давно было опровергнуто эмпирическими исследованиями. Но есть и намного более радикальный вызов подобным взглядам – между монетарной экспансией и инфляцией может вообще отсутствовать какая-либо связь. Пока что это мнение остаётся интеллектуальным табу, хотя центральные банки во многих странах мира печатают невообразимое прежде количество новых денег, причём вообще без каких-либо инфляционных последствий.

Subscribe now
ps subscription image no tote bag no discount

Subscribe now

Subscribe today and get unlimited access to OnPoint, the Big Picture, the PS archive of more than 14,000 commentaries, and our annual magazine, for less than $2 a week.

SUBSCRIBE

Ещё более непоколебимым остаётся главный негативный вердикт политики монетаризма: бюджетная политика не способна стимулировать рост экономики, потому что наращивание государственных расходов вытесняет частные инвестиции, а увеличение государственных заимствований эквивалентно повышению налогов. Но все разнообразные теории о «неэффективности» бюджетной политики, потому что государственные заимствования ведут к повышению процентных ставок, инфляционных ожиданий или будущих налогов, оказались ошибочными.

На протяжении последних 10-15 лет объёмы государственных заимствований и общий размер долга колоссально увеличились во всех развитых странах. Но инвесторы не просто не стали паниковать из-за угрозы инфляции или наказывать за предполагаемое расточительство, требуя повысить премии за риск. Они предоставляют правительствам деньги в долг по самым низким процентным ставкам в истории. А во многих странах они даже соглашаются на гарантированные убытки в виде отрицательных процентных ставок. Тем не менее, идея, что бюджетная экспансия – это безответственно и неэффективно, а монетарная политика должна, соответственно, оставаться главным инструментом макроэкономического менеджмента, по-прежнему превалирует, причём особенно в Европе.

Важнейшим событием на собрании МВФ в этом году стало то, что вся эта антикейнсианская предвзятость полностью испарилась у руководителей центральных банков. Главной идеей доклада Кристалины Георгиевой, нового директора-распорядителя МВФ, оказался призыв сделать так, чтобы «бюджетная политика начала играть более центральную роль». И практически все дискуссии в кулуарах тоже вращались вокруг этой темы. Даже в Европе консенсус, возможно, меняется. Члены новой Европейской комиссии, отвечающие за соблюдение устаревших бюджетных правил Евросоюза, которые были написаны в эпоху расцвета монетаризма в конце XX века, начали публично признавать необходимость снижения строгости бюджетной политики. А постоянный глава департамента ЕС, который отвечает за оценку национальных бюджетов, призвал к «более сбалансированному комплексу решений», включающему активизацию политики бюджетной экспансии «прямо здесь и прямо сейчас».

Иными словами, центральные банки и ведущие экономические чиновники теперь почти единодушно считают, что монетарная политика достигла пределов возможностей, а бюджетная политика должны вновь стать главным инструментом управления бизнес-циклами и поддержания темпов роста экономики. Тем не менее, многие политики, особенно в Европе, до сих пор отказываться признать, что эра монетаризма прошла, а единственной альтернативой является кейнсианское управление спросом. Давайте надеяться, что эта ситуация измениться до того, как начнётся следующая рецессия.

https://prosyn.org/uvvvHj4ru;
  1. haass107_JUNG YEON-JEAFP via Getty Images_northkoreanuclearmissile Jung Yeon-Je/AFP via Getty Images

    The Coming Nuclear Crises

    Richard N. Haass

    We are entering a new and dangerous period in which nuclear competition or even use of nuclear weapons could again become the greatest threat to global stability. Less certain is whether today’s leaders are up to meeting this emerging challenge.

    0