5

Преодоление рыночных барьеров на пути новых антибиотиков

ЛОНДОН – Некоторые инвесторы абсолютно уверены, что ловкие финансовые операции менеджмента компании, помогающие повысить цену её акций, – это хорошо. Согласно этой узкой логике, нам не следует беспокоиться, если вдруг цена акций фармацевтических компаний начинает расти не благодаря новым научным открытиям, а из-за финансовых манипуляций, таких как обратный выкуп акций или смена налоговой юрисдикции.

Однако фармацевтическая отрасль не похожа ни на одну другую. Она неразрывно связана с общественным благом, так как исторически занимается медицинскими инновациями, необходимыми обществу, чтобы иметь возможность бороться с болезнями. Более того, хотя клиентами отрасли являются пациенты, фактическим покупателем лекарств зачастую выступает государство. Даже в США на долю госзакупок приходится, по меньшей мере, 40% рынка лекарств по рецептам.

Erdogan

Whither Turkey?

Sinan Ülgen engages the views of Carl Bildt, Dani Rodrik, Marietje Schaake, and others on the future of one of the world’s most strategically important countries in the aftermath of July’s failed coup.

Власти оплачивают также большинство научных исследований, которые затем приносят прибыль этой отрасли. Правительство США является крупнейшим в мире спонсором медицинских исследований и разработок; в целом в мире налогоплательщики оплачивают треть расходов на медицинские исследования. Не стоит поэтому удивляться, если вдруг власти начинают требоват��, чтобы инновационные усилия отрасли направлялись туда, где имеется наибольшая выгода для налогоплательщиков и пациентов, а не туда, где отрасль может получить наибольшую прибыль в краткосрочной перспективе, например, в финансовые манипуляции.

Фармацевтическая отрасль выглядит прекрасно, если частные интересы погони за прибылью и интересы социального блага совпадают, например, когда новые, полезные лекарства завоёвывают большую долю рынка. Однако, к сожалению, так происходит не всегда. И результаты могут быть трагичны. В частности, в деле разработки антибиотиков из-за расхождения между интересами, продиктованными стремлением к прибыли и – с другой стороны – к росту общественного блага, мир оказался на пороге кризиса.

Когда в 1940-х годах антибиотики впервые получили широкое распространение, ранее опасные симптомы, например, пневмония или инфицированные раны, стали безвредными и легко излечимыми заболеваниями. Антибиотики превратились в опору современной медицины: без них было бы рискованно проводить хирургические операции или химиотерапию.

Однако со временем антибиотики теряют свою эффективность. И если предыдущим поколениям учёных удавалось быстро находить им замену, сегодня во многих случаях врачи уже отступили на последнюю линию обороны. Для целого ряда инфекций, например, некоторых штаммов пневмонии, кишечной палочки E. coli, а также гонореи, в резерве антибиотиков нет замены.

Можно было бы предположить, что подобная ситуация должна заставить производителей лекарств и их инвесторов соревноваться в разработке новых антибиотиков. Однако большинство участников фармацевтической индустрии отказались от таких попыток. Разрабатывать новые антибиотики трудно и дорого. А самое главное, это существенно менее прибыльно, чем инвестировать в другие, не менее важные направления исследований, например, в лекарства от рака и диабета.

Частично проблема связана с уникальной ролью этих лекарств. Компаниям далеко не всегда удаётся вернуть свои вложения, просто установив высокую цену на патентованные антибиотики. После появления нового антибиотика органы здравоохранения вполне разумно придерживают его в резерве: они требуют, чтобы его использование началось только тогда, когда все остальные варианты терапии потеряли эффективность. В результате, массовое использование нового антибиотика может так и не начаться в период действия патента, а в дальнейшем его создателям приходится конкурировать с производителями дженериков.

В январе фармацевтическая отрасль сделала большой шаг на пути к решению этой проблемы: более 100 компаний и отраслевых ассоциаций из 20 с лишним стран подписали декларацию с призывом к правительствам стран мира утвердить новую модель разработки антибиотиков. В рамках этой новой модели подписавшие декларацию компании обязались обеспечить доступ к новым лекарствам всем, кто в них нуждается; увеличить инвестиции в научные исследования, отвечающие потребностям мирового здравоохранения; а также работать над замедлением процесса возникновения устойчивости к лекарствам у людей и животных.

Правительства должны содействовать достижению отраслью поставленных задач. В качестве одного из вариантов можно было бы принять предложение, которое я высказал в прошлом году, и учредить премии в размере $1 млрд или выше для тех, кто разрабатывает самые нужные виды антибиотиков. Такой подход позволил бы сбалансировать коммерческую доходность этих лекарств с их доступностью, в том числе по цене, а также с необходимостью держать их в резерве. При этом в долгосрочной перспективе удалось бы сэкономить бюджетные деньги.

Данный метод восполнения резервов антибиотиков на протяжении десяти лет обойдётся примерно в $25 млрд. Если разделить эту сумму между правительствами стран «Большой двадцатки», деньги получаются очень маленькие, при этом речь идёт об очень хорошей инвестиции, особенно если учесть, что резистентность к антибиотикам обходится одной только американской системе здравоохранения уже в $20 млрд ежегодно.

Власти могли бы стимулировать разработку антибиотиков за счёт не только существующих источников финансирования, но и новых – инновационных и устойчивых. Один из вариантов – небольшая плата за доступ к рынку, собираемая фармацевтическими регуляторами на крупных рынках. В такой системе признаётся, что антибиотики – это общий и исчерпаемый ресурс, от которого зависит существование целого ряда других фармацевтических продуктов и медицинских изделий – от химиотерапии до искусственных суставов. Данный подход можно сравнить с ситуацией, например, в энергетике, пользовании водными ресурсами или рыболовстве, где регуляторы используют свои инструменты для управления и восполнения общих ресурсов и инфраструктуры в интересах как потребителей, так и производителей, чей бизнес зависит от этих ресурсов.

Support Project Syndicate’s mission

Project Syndicate needs your help to provide readers everywhere equal access to the ideas and debates shaping their lives.

Learn more

Требуемые $2,5 млрд в год составляют всего лишь 0,25% годовой выручки мировой  фармацевтической индустрии. Вряд ли такая сумма напряжёт отрасль, находящуюся в целом в хорошем финансовом состоянии. Данная схема станет особенно привлекательной, если будет основана на принципе «плати или играй»; тогда у компаний появится выбор – или инвестировать в разработку антибиотиков, или делать взнос в премиальный фонд для тех, чьи усилия привели к появлению нужных лекарств.

Пришло время превратить идеи в эффективные действия и решить проблему устойчивости к лекарствам. Для этого частные компании и государственные власти должны признать, что антибиотики не являются таким же товаром, как все остальные.