Законный путь женщин в науку

Во всем мире женщины занимают очень мало высоких постов в области академических исследований. В государственных исследовательских институтах и университетах США и Франции женщины занимают только около 14% ведущих должностей. И это, пожалуй, самый высокий показатель: процент падает до 11% в Италии, 7% в Японии и 5% в Германии и Нидерландах. Более того, чем выше престиж института, тем меньше в нем женщин: в Университете Кэмбриджа, например, 6% профессоров являются женщинами по сравнению с британским национальным средним показателем, который составляет 8%. Новым и интересным фактом является то, что в настоящее время всех – и деканов, и президентов университетов, и национальных законодателей – это не устраивает. Германия и Япония призывают к тому, чтобы к 2005 и 2010 гг. соответственно 20% профессоров были женщинами. Французы тоже променяли свою веру в свободу и братство на политику равенства. С того момента, как в 1998 г. Европейский Союз учредил «Комиссию: Женщины и Наука» и начал серьезно вкладывать большие средства в этот проект, члены-государства борются за то, чтобы получить высокий счет в игре «женщины в науке». Демократические организации тоже вкладывают большие средства в поддержку индивидуальных талантов, но принцип о том, что свободное соревнование выдвигает самых лучших – это идеал, который часто конфликтует с реформами правительства, принимаемыми для того, чтобы способствовать развитию равенства. Например, предложение Германского правительства создать квоты для женщин в научных исследованиях, финансируемых государством, спровоцировали широко распространенную критику - знакомую нам благодаря дебатам «утвердительного действия» о расовом равенстве в Соединенных Штатах – того, что критерии найма будут занижены. Более снисходительно критики выдвигают обвинение в том, что квоты обесценивают достижения и разрушают авторитет женщин, которые получили бы работу в любом случае. Но была ли наука когда-нибудь областью, в которой вознаграждали по заслугам? Были ли когда-нибудь ее критерии нейтральными по отношению к полу? В 1910 г. престижная Парижская Академия Наук отказала в членстве Марии Кюри – первому человеку, который дважды выиграл Нобелевскую Премию – вместо того, чтобы нарушить свои мужские традиции. Немецкого физика Лизу Майтнер, прославившуюся во всем мире, низвели до подвала Института Кайзера Вильгельма в Берлине потому, что женщины, за исключением уборщиц, не допускались наверх. В настоящее время часто барьеры являются менее очевидными: по документам недавно проведенного исследования в Швеции, например, женщины должны были опубликовать значительно больше весомых статей, чем мужчины для того, чтобы получить финансирование от Шведского Медицинского Исследовательского Совета. Оппоненты квот, в самом деле, игнорируют то, как правительства, университеты и исследовательские лаборатории использовали квоты в прошлом – чтобы принести пользу мужчинам. Расцвет демократии был палкой о двух концах: в то время, как она утверждала общество, управляемое мужчинами с наилучшими способностями; влиятельных аристократических женщин вернули из общественной сферы в дом, и ограничили им профессии, исключая карьеру в науке. Их не принимали в исследовательские университеты до конца XIX века, а ведущие институты соблюдали строгие квоты на принятие женщин до 1930-х гг. Даже в 50-х гг. в объявлениях о том, что требуется научный сотрудник, в Соединенных Штатах часто указывали: «женщинам не обращаться». К счастью, американский Акт о Равной Заработной Плате, принятый в 1963 г., Акт о Равной Возможности Трудоустройства, принятый в 1972 г., и подобные законодательные акты, принятые в мире, уничтожили формальные правовые барьеры для развития женского прогресса в науке. Но мы не должны забывать, что университеты эволюционировали по своей организации, чтобы приспособиться к жизни мужчин. Возьмем только один яркий пример, дюжины женщин в институте эволюционной биологии Университета Тюбинген делали аборты потому, что они боялись, что с материнством их карьерам придет конец. Еще хуже то, что установленный научный предрассудок по поводу пола распространяется и на сами научные исследования, ставя под угрозу жизнь и благополучие женщин. Обширные и авторитетные медицинские исследования, проведенные в США – включая основные исследования о влиянии высокого давления, курения и уровня холестерина на коронаротромбоз и заболевание сосудов – вообще исключили женщин. В 1992 г. было обнаружено, что только половина лекарств, широко используемых в США, подвергались анализу на разницу полов. Впоследствии было доказано, что ацетаминофен - составная часть многих обезболивающих, усваивается женщинами только на 60% по сравнению с мужчинами. На каком основании тогда раньше были сформулированы рекомендации дозировок для женщин? Невероятно, что обнаружение такой необъективности в исследованиях, не привело к немедленной переоценке методики основных направлений научного поиска. Научные, предположительно нейтральные, механизмы самокоррекции были приведены в движение только законодательной акцией. В 1986 г. американский Национальный Институт Здравоохранения издал директивы, требующие, чтобы во все исследования, финансируемые государством была включена и репрезентанивная выборка образецов – представителей женской популяции. Директивы были переизданы в 1987 г., а потом в 1990 г. – что не принесло никакой пользы. Для гарантии необходимого включения женских субъектов в базовые медицинские исследования требовался федеральный закон, который был принят только в 1993 г. Так же, как наши предки не боялись издавать законы против женщин, мы не должны бояться издавать законы в пользу женщин. Для того, чтобы перечеркнуть столетия общественной политики, направленной на то, чтобы не пустить женщин в науку, потребуются реформы, разработанные экспертами и одобренные ответственными должностными лицами. В конце концов, научно-исследовательские учреждения не могут и не должны в одиночку решать проблемы, которые являются глубоко общественными. Это не оправдывает университеты и исследовательские лаборатории. Наоборот, они должны оставаться открытыми для фундаментальных организационных и интеллектуальных перемен, целью которых является увеличения роли женщин в науке. Они должны признать и пересмотреть существовавший на протяжении долгого времени подход не только к роли женщины в семье и ее отношении к профессиональной карьере, но и к определению знаний и формулировке приоритетов исследований. Мы бы все хотели, чтобы наука вознаграждала по заслугам и была безжалостно само корректирующей, но мы не должны дурачить самих себя: трезвый анализ пола и сильная общественная политика необходимы, чтобы стать гарантией этого.
http://prosyn.org/EFWgfq0/ru;
  1. Sean Gallup/Getty Images

    Angela Merkel’s Endgame?

    The collapse of coalition negotiations has left German Chancellor Angela Merkel facing a stark choice between forming a minority government or calling for a new election. But would a minority government necessarily be as bad as Germans have traditionally thought?

  2. Trump Trade speech Bill Pugliano/Getty Images .

    Preparing for the Trump Trade Wars

    In the first 11 months of his presidency, Donald Trump has failed to back up his words – or tweets – with action on a variety of fronts. But the rest of the world's governments, and particularly those in Asia and Europe, would be mistaken to assume that he won't follow through on his promised "America First" trade agenda.

  3. A GrabBike rider uses his mobile phone Bay Ismoyo/Getty Images

    The Platform Economy

    While developed countries in Europe, North America, and Asia are rapidly aging, emerging economies are predominantly youthful. Nigerian, Indonesian, and Vietnamese young people will shape global work trends at an increasingly rapid pace, bringing to bear their experience in dynamic informal markets on a tech-enabled gig economy.

  4. Trump Mario Tama/Getty Images

    Profiles in Discouragement

    One day, the United States will turn the page on Donald Trump. But, as Americans prepare to observe their Thanksgiving holiday, they should reflect that their country's culture and global standing will never recover fully from the wounds that his presidency is inflicting on them.

  5. Mugabe kisses Grace JEKESAI NJIKIZANA/AFP/Getty Images

    How Women Shape Coups

    In Zimbabwe, as in all coups, much behind-the-scenes plotting continues to take place in the aftermath of the military's overthrow of President Robert Mugabe. But who the eventual winners and losers are may depend, among other things, on the gender of the plotters.

  6. Oil barrels Ahmad Al-Rubaye/Getty Images

    The Abnormality of Oil

    At the 2017 Abu Dhabi Petroleum Exhibition and Conference, the consensus among industry executives was that oil prices will still be around $60 per barrel in November 2018. But there is evidence to suggest that the uptick in global growth and developments in Saudi Arabia will push the price as high as $80 in the meantime.

  7. Israeli soldier Menahem Kahana/Getty Images

    The Saudi Prince’s Dangerous War Games

    Saudi Arabia’s Crown Prince Mohammed bin Salman is working hard to consolidate power and establish his country as the Middle East’s only hegemon. But his efforts – which include an attempt to trigger a war between Israel and Hezbollah in Lebanon – increasingly look like the work of an immature gambler.