5

Отвечая Эболе

НЬЮ-ЙОРК – Ужасающая эпидемия Эболы, как минимум, в четырех странах Западной Африки (Гвинее, Либерии, Сьерра-Леоне, и Нигерии) требует не только экстренного реагирования, чтобы остановить внезапную вспышку; она также требует переосмысления некоторых основных гипотез общественного здравоохранения на мировом уровне. Мы живем в эпоху возникающих и вновь вспыхивающих инфекционных заболеваний, которые могут быстро распространяться через глобальные сети. Поэтому мы должны создать глобальную систему по борьбе и контролю  болезней, соразмерную  этой реальности. К счастью, такая система находится в пределах досягаемости, если мы профинансируем ее соответствующим образом.

Эбола является последней из многих недавних эпидемий,  включая СПИД, атипичную пневмонию, грипп H1N1, грипп H7N9, и другие заболевания. СПИД является самой опасной из этих болезней-убийц, взявшей почти 36 миллионов жизней, начиная с 1981 года.

Chicago Pollution

Climate Change in the Trumpocene Age

Bo Lidegaard argues that the US president-elect’s ability to derail global progress toward a green economy is more limited than many believe.

Конечно, еще более крупные и внезапные эпидемии возможны, например,  эпидемия гриппа в 1918 году, во время первой мировой войны, которая унесла 50-100 миллионов жизней (гораздо больше, чем сама война). И, хотя вспышки атипичной пневмонии в 2003 году остановили и они повлекли за собой меньше чем 1000 смертей, эта болезнь была на грани глубокого нарушения нескольких экономик Восточной Азии, включая Китай.

Существует четыре важных факта, чтобы понять, что такое Эбола и другие эпидемии. Во-первых, большинство развивающихся инфекционных болезней - зоонозы, это означает, что они зарождаются в популяциях животных, иногда с генетической мутацией, которая позволяет переход на человека. Эбола может быть передана от летучих мышей; ВИЧ/СПИД возник от шимпанзе; ТОРС, скорее всего, пришла от куниц, которыми торговали на зоо рынках  на юге Китая; и штаммы гриппа, например, H1N1 и H7N9 возникли из повторных генетических  комбинаций вирусов среди диких и сельскохозяйственных животных. Новые зоонозы неизбежны, в то время как человечество прорывается в новые экосистемы (например, раннее отдаленные лесные регионы); пищевая индустрия создает больше условий для генетической рекомбинации; и изменение климата проникает в естественные места обитания и мешает взаимодействию видов.

Во-вторых, как только появляется новая инфекционная болезнь, ее распространение через авиалинии, корабли, мегаполисы и торговлю продуктами животного происхождения, вероятно, будет чрезвычайно быстрым. Эти эпидемические заболевания являются новыми знаками глобализации, раскрывающиеся через их цепочку смертей, показывают насколько мир стал уязвимым от глобального передвижения людей и проникновения товаров.

В-третьих, бедные страдают первыми и больше всего поражены болезнями. Сельская беднота живет ближе всего к инфицированным животным, которые передают эту болезнь первыми. Они часто охотятся и едят мясо диких животных, что  делает их более уязвимыми к инфекции. Бедные, чаще всего неграмотные индивиды, которые как правило, не знают о том, как передаются инфекционные заболевания - особенно незнакомые заболевания - что делает их гораздо более беспомощными перед инфекцией  и соответственно приводит к заражению других. Кроме того, учитывая плохое питание и отсутствие доступа к основным медицинским услугам, их ослабленная иммунная система подвержена более легкому проникновению инфекции, по сравнению с хорошо питающимися   и имеющим доступ к лечению людьми, которые могут выжить. И «де-медикализированные» условия - с небольшим количеством, если вообще имеющимися  профессиональными медицинскими работниками, которые могут обеспечить надлежащие ответные меры общественного здравоохранения возникшей эпидемии (например, изоляция зараженных лиц, отслеживание контактов, наблюдения, и так далее) - делают очаги болезней  более серьезными.

Наконец, необходимые медицинские ответы, включая средства диагностики и эффективные лекарственные препараты и вакцины, неизбежно отстают от возникающих болезней. В любом случае, такие средства должны постоянно пополнятся. Это требует передовых биотехнологии, иммунологии и в конечном счете биоинженерии для создания крупных индустриальных ответов (например, миллионы доз вакцин или лекарств в случае больших эпидемий).

Кризис, вызванный СПИДом, например, потребовал десятки миллиардов долларов на исследования и разработки - и так же аналогичных значительных обязательств в фармацевтической индустрии - для производства жизненно необходимых антиретровирусных препаратов в глобальном масштабе. Тем не менее, каждое открытие  неизбежно приводит к мутации патогена, делая предыдущие методы лечения менее эффективными. Не существует никакой окончательной победы, только постоянная вооруженная гонка между человечеством и болезнетворными агентами.

Так, готов ли мир к Эболе, недавнему смертельному гриппу, мутации ВИЧ, которые могли бы ускорить передачу заболевания или развитие новых  штаммов малярии или других патогенов устойчивых к лекарствам? Ответ - нет.

Хотя инвестиции в здравоохранение значительно увеличились после 2000 года, что привело к заметным успехам в борьбе со СПИДом, туберкулезом и малярией, в последнее время отмечается дефицит в мировых расходах  на здравоохранение, в которых есть острая необходимость. Страны-доноры, не в состоянии предвидеть и адекватно реагировать на новые и текущие проблемы, принудили Всемирную Организацию Здравоохранения к вынужденному сжатию бюджета, в то время как финансирование Глобального Фонда по борьбе со СПИДом, туберкулезом и малярией упало ниже сумм, необходимых для выигрыша войны против этих заболеваний.

Вот краткий список того, что надо срочно сделать. Во-первых, Соединенным Штатам, Европейскому союзу, странам Персидского залива, и государствам Восточной Азии следует создать гибкий фонд под руководством ВОЗ по борьбе с нынешней эпидемией Эбола, вероятно, с начальным уровнем в $50 - $100 млн, в ожидании дальнейшего развития событий. Это дало бы быструю реакцию общественного здравоохранения, которая соизмерима с непосредственной задачей.

Во-вторых, страны-доноры должны быстро расширить и бюджет, и мандат Глобального Фонда, чтобы он стал глобальным фондом здоровья для стран с низким уровнем дохода. Основная цель будет состоять в оказании помощи беднейшим странам в создании основных систем здравоохранения в каждой трущобе и сельской общине, концепция, известная как Всеобщее Медицинское Обслуживание (Universal Health Coverage UHC). Наиболее остро стоит вопрос  в Тропической Африке и в Южной Азии, где санитарные условия и крайняя нищета являются наихудшими и инфекционные заболевания, которые можно предотвратить и управлять ими,  продолжают бушевать.

В частности, эти регионы должны обучать и внедрять новые кадры работников общественного здравоохранения, обученных распознавать симптомы заболевания, обеспечить наблюдение, ставить диагнозы и проводить  соответствующие процедуры. При стоимости всего в 5 миллиардов долларов в год, можно было бы обеспечить, чтобы хорошо подготовленные работники здравоохранения присутствовали в каждой африканской общине, для оказания первой необходимой помощи и эффективного реагирования на чрезвычайные ситуации со здоровьем, такими  как Эбола.

Fake news or real views Learn More

Наконец, страны с высоким уровнем доходов должны продолжать адекватно инвестировать в области эпиднадзора за болезнями, расширение возможностей ВОЗ, и  жизнеспасательные биомедицинские исследования, которые последовательно приносили пользу  человечеству в течении прошлого столетия. Несмотря на сжатые национальные бюджеты, было бы опрометчиво ставить наше выживание на финансовую разделочную доску.

Перевод: Вадим Барба