0

Это политика, а не погром

МОСКВА: Сначала это были жиды. Потом - Романовы, дворянство и кулаки. После 1991 года - Ленин и коммунисты. Теперь, как кажется, опять пришел черед евреев. Подобно истории в старой поговорке, русская ненависть повторяет себя. К счастью, другая часть этой поговорки также, похоже, верна, ибо самый последний всплеск антисемитизма в Москве является примером истории, повторяющейся не в виде трагедии, а в виде фарса.

Октябрьская Революция 1917 года под привлекательными лозунгами интернационализма, многокультурности и равноправия наций явилась порой освобождения для русских евреев. Она продлилась недолго. После смерти Ленина в 1924 году Сталин дал толчок новой волне ура-патриотизма за "Великую Россию".

Этот шовинистический период, однако, затянулся более чем на шесть десятилетий, и был ознаменован квотами для всех тех, чьи имена звучали на совсем по-русски. Численность евреев в особенности была ограничена в университетах, научно-исследовательских институтах, на дипломатической службе и в правительстве. Одна графа советского паспорта была печальной действительностью для тех, кто не мог назвать себя русским по национальности, и взамен носил ярлык "грузина", "армянина" или же (упаси боже, чтобы милиционер увидел это) "еврея". С такой пометкой в документах нельзя было избежать проблем.

Августовская революция 1991 года, казалось, уничтожила большинство антисемитских мерзостей, введенных после 1917 года. Другие национальности, включая людей еврейского происхождения, стали появляться на политической сцене. Чубайс, Лившиц, Немцов, Явлинский и Кириенко - среди реформаторов. Березовский и Гусинский - среди новых плутократов. Владимир Жириновский - среди крикливых потенциальных фашистов. Россия, избавленная от этнической и психической смирительной рубашки, позволила своим самым изобретательным, предприимчивым, энергичным и, конечно, циничным гражданам взобраться на вершину.