16

Путь Ислама к современности

УППСАЛА – Очень многие в мусульманском сообществе уже давно критикуют Всеобщую декларацию прав человека Организации Объединенных Наций (ВДПЧ). Эти критики утверждают, что декларация была создана колониальными державами с многовековой историей грубых нарушений прав человека и предоставляет собой еще одну попытку нескольких западных игроков навязать свою волю мусульманским странам. Исламские консерваторы и фундаменталисты пошли еще дальше, так как они заявляют, что никакие человеческие изобретения не могут быть равными – и вовсе отменять – шариат, который составляет Слово Божье.

Это столкновение между светскими стандартами ООН в области прав человека и мусульманской религиозной доктриной напоминает более широкий конфликт между Исламом и современностью: конфликт, который оставил некоторых граждан мусульманских стран, в том числе женщин и немусульман, весьма уязвимыми. К счастью, формирующаяся школа мусульманской мысли рассматривает вопрос по-новому, подчеркивая, что Коран, как и любой религиозный текст, должен толковаться и что эти интерпретации могут меняться с течением времени.

Erdogan

Whither Turkey?

Sinan Ülgen engages the views of Carl Bildt, Dani Rodrik, Marietje Schaake, and others on the future of one of the world’s most strategically important countries in the aftermath of July’s failed coup.

На самом деле, Коран отстаивает такие принципы как свобода, беспристрастность и праведность, которые указывают на фундаментальное уважение к справедливости и человеческому достоинству. Проблема, как подчеркнул иранский богослов Мохсен Кадивар, заключается в том, что многие части шариата связаны с старинными социальными структурами, которые лишают женщин или немусульман такой же защиты, которую получают мужчины мусульмане.

Не помогает и то, что, как указывает Абулазиз Сачедина из университета Джорджа Мейсона, именно мужчины были теми, кто толковал священные тексты Ислама. Этот факт, а не содержание самих текстов, является коренной причиной правовой дискриминации в отношении женщин в мусульманских странах.

Богослов (аятолла) Мохаммад Фазель таки Мейбод указывает на то, что Исламские законы наказания – которые включают в себя жестокие практики, такие как побивание камнями и ампутация – происходят от Ветхого Завета. Ислам не изобретал этих наказаний; они просто уже существовали в сложившихся практиках того времени.

Когда общества прогрессируют и развиваются, то правила и стандарты, которые управляют ими, тоже должны прогрессировать. Как подчеркивает иранский богослов Мохаммад Моджтахед Шабестари Тегеранского университета, многие идеи, связанные с правосудием и правами человека, как мы их понимаем сегодня, были полностью «немыслимы» до современной эпохи. Но мусульмане не могут просто игнорировать подобные идеи на том основании, что люди не развили их в то время, когда Коран был написан.

С отказом от устаревших представлений о многоуровневой справедливости и признанию свободы и достоинства всех лиц, Шабестари считает, что будет можно реализовать сообщение Корана о том, что нет принуждения в религии. Религиозные решения человека должны определяться их чувством веры, а не их желанием сохранить свои гражданские права.

Согласно философу Абдолкариму Сорушу, это различие между религиозными убеждениями и гражданским правом должно быть очевидным. Но толкование исламского права традиционно было настолько сосредоточенным на вопросах в сфере различных повинностей человечества, что они не смогли понять этого. Для Соруш, однако, отрицание прав человека на основе «убеждений или отсутствия убеждений человека», несомненно является «преступлением».

Школа мусульманского мышления, которую выдвигают эти ученые (которые являются как и суннитами, так и шиитами) предлагает путь вперед для Ислама. Ее приверженцы знают, что ключевые исламские понятия, убеждения, нормы, и ценности могут быть приведены в соответствие с современными социальными структурами и пониманием справедливости и прав человека. Путем рекомендаций способов сделать это, они вновь подтверждают долговечность коренной Исламской традиции. Как говорил немецкий философ Юрген Хабермас, они создают «сохранение переводов»: процесс когда язык, понятийный аппарат, и социальная система обновляются для того, чтобы отразить прогресс в человеческом разуме.

Support Project Syndicate’s mission

Project Syndicate needs your help to provide readers everywhere equal access to the ideas and debates shaping their lives.

Learn more

Такие сохранённые переводы в Исламе возникали в течение значительного периода времени. Действительно, покойный иранский писатель и философ aятолла Хусейн-Али Монтазери рассорился с Верховным лидером aятоллой Рухолла Хомейни, после того, как его назначили его преемником, из за политики, которая, он считал, нарушала основополагающие права и свободу человека. Защищая свободу слова, Монтазери упомянул об отрывке из Корана в котором говорится, что Бог научил людей выражать свои мысли и чувства. «Как может Бог, с одной стороны, научить людей самовыражению и, с другой стороны, ограничить его?”, спросил он. Очевидный вывод, он заявил, это то, что «никто не должен быть осужден за ересь, клевету или оскорбление лишь за выражение своего мнения».

Монтазери, как и сегодняшние инновационные мусульманские мыслители, предпочитал оставаться открытым к альтернативным толкованиям Корана, вместо того, чтобы оказаться в ловушке общепринятой традиции. Сохранённые переводы, которые были предложены этими цифрами, продемонстрировали, что современные глобальные нормы, как всеобщая декларация прав человека не только совместимы с Исламом: они глубоко укоренились в нем. Давать новую интерпретацию или вообще отказываться от устаревших правил, которые коренятся в устаревших социальных структурах не означает, что мы извращаем Слово Божье. Наоборот, это доказывает истинную глубину священных текстов Ислама.