0

Является ли глобализация единственным путем для развития?

Служащий государственного казначейства США недавно "настоятельно порекомендовал правительству Мексики более усердно работать над сокращением преступлений, связанных с насилием, утверждая, что высокий уровень преступности в стране может спугнуть всех зарубежных инвесторов". Возможно, это - импровизированное замечание, но оно демонстрирует отношение к зарубежной торговле и инвестициям как к мерилам для оценки развивающихся стран. Стратегия развития, в действительности, становится заложницей идеи интеграции в мировую экономику.

Это приравнивание является слишком поверхностным. Открытость для торговли представляется как наиболее потенциальная сила для экономического роста, хотя интеграция в мировую экономику требует наличия институциональных предпосылок, создание которых обходится недешево. Введение реформ, требуемых согласно соглашениям ВТО, обойдется типичной развивающейся стране в 150 миллионов долларов - сумму, равную годовому бюджету на развитие во многих бедных странах.

Хотя государства получают выгоду от усиления своих институтов в соответствующих областях, реальность, в соответствии с мнением Майкла Фингера (Michael Finger), который подсчитал эти цифры, состоит в том, что "обязательства ВТО отражают слабую обеспокоенность проблемами развития". Интеграция также имеет институциональные предпосылки, но другие, менее уловимые. Открытость предполагает повышение подверженности внешнему риску, и отсюда большую потребность в социальной безопасности. Таким образом, в реальном мире, "переход к открытости" не является вопросом только снятия барьеров. Необходимо обеспечить соответствие международным правилам собственности, покрывая вновь возникшие внутренние источники слабости и защищая себя от природных стихий.

Ни одна из институциональных реформ, необходимых для включения в мировую экономику, не является плохой: в действительности, многие независимо друг от друга желательны. Но осознайте аргумент в пользу открытости за то, чем она является: просачивающейся институциональной реформой. Реформы могут "просочиться", а могут и не "просочиться", даже если они "просачиваются", они в редком случае станут наиболее эффективным способом достижения желаемых целей (будь эти цели законодательной реформой, соблюдением прав человека или сокращением коррупции).