7

Финансовый кризис в Европе закончился?

ЛОНДОН. Европейский центральный банк недавно объявил о политике скупки облигаций; то, что он называет «прямыми денежными операциями» (ПДО), означает сближение европейских центральных банков с их англо-саксонскими коллегами. И хотя действия ЕЦБ представляют собой наилучший шанс остановить кризис, который развивается с 2010 года, банк заметно повысил ставки для правительств.

Основы политики ЕЦБ хорошо подходят для борьбы с большими системными пожарами, но плохо подходят для локальных пожаров, которые, таким образом, могут распространяться бесконтрольно. Программа ПДО, которая позволяет ЕЦБ покупать суверенные облигации стран, которые согласились реформировать свою экономику, значительно выравнивает игровое поле между банком и его соратниками из развитых экономик. У Испании те же финансовые и структурные проблемы, которые у нее были до запуска программы ПДО, но теперь у нее есть внешний кредитор последней инстанции. Это меняет правила игры.

При режиме до ПДО отток капитала из Испании, либо посредством продажи государственных облигаций, либо посредством ликвидации частных претензий, привел к ужесточению денежно-кредитных условий. Продажа государственных облигаций при режиме фиксированного обменного курса оказала прямое давление на их доходность, а продажи частных ценных бумаг иностранцами произвели подобный эффект, но через косвенные каналы. Для ужесточения монетарной политики нужно было только, чтобы другой источник иностранного капитала (частный или ЕЦБ) мог заменить этот отток.

Точка, в которой кредитный риск становится риском обменного курса/реденоминации, неоднозначна. Но метаморфозы, как правило, идут рука об руку с локализованными денежными сокращениями, которые усиливают коррелированный риск суверенного дефолта и банкротства банков. В Испании, как и в Греции ранее, монетарное сжатие стало хроническим, по мере недостачи у банков приемлемого для ЕЦБ залога.