0

Преступники мысли в Иране

Мой друг, ученый и мыслитель Киан Таджбахш, находится в тюрьме в Иране за то, что он ученый и мыслитель. К нему не допускают адвоката и посетителей с момента его заключения по обвинению в шпионаже и подрывной деятельности. Одним словом, в сегодняшнем Иране, ученые и мыслители являются новыми террористами.
Как в гитлеровской Германии и сталинской России, носители идей, информации и эмоций являются врагами в Иране президента Махмуда Ахмадинежада, особенно если такие люди работают на иностранные организации. И, благодаря примеру Ирана, эта тенденция наблюдается во всем мусульманском мире.
Таджбахш – ученый с мировым именем, занимающийся общественными науками и городским планированием и имеющий двойное иранское и американское гражданство – гниет в тегеранской тюрьме "Эвин", печально известной документированными случаями пыток и жестокости в обращении с заключенными, с 11-го мая.
Я был шокирован на прошлой неделе, увидев его на иранском телевидении, бледного и худого, делающего ложное признание, которое заставило бы покраснеть советских прокуроров. Тихий, скромный, хорошо воспитанный и заботливый человек с чудесным чувством юмора, Таджбахш изображается иранским правительством как голодный волк, готовый растерзать режим.
Таджбахш был арестован вместе с другими ведущими ирано-американскими учеными, включая Хале Эсфандиари из Вашингтонского Международного центра для ученых им. Вудро Вильсона. Эсфандиари – 67 летняя бабушка; подходящий возраст для начала деятельности по подрыву иранского государства. Ее адвокату, лауреату Нобелевской премии мира Ширин Эбади, было отказано в доступе к ней. Тем временем, журналисту Парназу Азима запрещено покидать Иран.
Как ученый Таджбахш не может расчитывать на просьбы о его освобождении к иранскому правительству со стороны мировых знаменитостей. Вместо этого он получил поддержку со стороны других ученых и мыслителей, таких как 3400 членов PEN American Center – организации писателей, борющейся за свободу слова. 14000 членов Американской социологической ассоциации также обратились с просьбой о его освобождении.
Можно было бы подумать, что послужной список Таджбахша в Иране исключит возможность любого обвинения в измене. Он был консультантом по городскому планированию при нескольких иранских министерствах и помогал правительству в крупных восстановительных проектах после разрушительного землетрясения, уничтожившего древний город Бам в 2003 году. В 2006 году он завершил трехлетнее изучение местного управления в Иране – едва ли подходящий материал для организации революции и смены режима.
Но Таджбахш также был консультантом при Фонде Сороса, который, согласно правительству Ахмадинежада, ведет деятельность, направленную против ислама. Эта идея просто смешна. На самом деле, к числу множества вкладов Фонда в исламские страны относится помощь после катастрофических стихийных бедствий в Пакистане и Индонезии, поставка медикаментов палестинцам в условиях блокады, и предоставление возможности ученым и интеллектуалам учиться друг у друга посредством перевода и публикаций трудов с английского на местные языки и наоборот.
Что делает заключение Таджбахша по-настоящему печальным, так это то, что Иран представляет собой одну из древнейших в мире цивилизаций. Персы легко взаимодействовали с египтянами, греками и римлянами, делясь с Западом своими знаниями, открытиями и искусством управления государством. Образ персов в вышедшем недавно фильме "300" просто ошибочен. Более того, иранцы-мусульмане всегда уважали свою предысламскую цивилизацию. Поэтому исламские революционеры в 1979 году сохранили зороастрийские храмы огня.
В мусульманскую эпоху Иран был родиной нескольких величайших поэтов, писателей и ученых. Но это не было бы возможным, если бы древние мусульманские правители Ирана не разрешали свободу науки, свободу выражения и обмена идеями, что совершенно отсутствует в сегодняшней Исламской республике.

Другие автократичные правители в мусульманском мире берут пример с Ирана, преследуя интеллектуалов, журналистов, юристов, женщин-активисток и всех, у кого есть идеи и кто хочет поделиться ими с другими. Для таких мусульманских правителей интеллектуалы являются новыми глобальными террористами, бомбардирующими их режим интеллектуализмом. И мой друг Киан Таджбахш, сидящий в одиночестве в своей камере в тюрьме "Эвин" и размышляющий над тем, что он сделал неправильно, является наглядным примером этой новой формы репрессий.