0

Нестабильность из-за непреклонности

Все хотят экономической стабильности, и многие не хотят сегодня отказываться от того, что давало им стабильность вчера. Но попытка добиться стабильности благодаря негибкости является призрачной. Стабильность международной финансовой системы в настоящее время зависит от готовности стран с негибкими валютными курсами разрешить большую гибкость.

После международного финансового кризиса 1997-1998 гг. многие развивающиеся рынки оказались – благодаря обесцениванию валюты, резкому росту производительности или и тому, и другому – весьма конкурентоспособными. Страны с существенным активным сальдо текущего платежного баланса накапливали большие резервы и устанавливали (или сильно контролировали) свои обменные курсы, чтобы поддержать первые две цели, которые, казалось бы, обеспечивали внешнюю стабильность.

Ирония состоит в том, что кризис 1997-1998 гг. был тем кризисом, в котором специфические системы фиксации валютного курса потерпели неудачу, когда произошла утечка капитала. И все же во многих отношениях накопление резервов было более эффективным, чем кто-либо мог себе представить – страны обнаружили, что они могут выдержать значительные потрясения, а рост был внушительным как внутри страны, так и в мировом масштабе. Таким образом, в течение нескольких лет многие страны пришли к выводу, что их системы фиксации могут быть эффективными, если поддерживать их достаточно крупными средствами государственных резервов. В мировой системе валютных курсов появился новый вид порядка.

Конечно же, у других были некоторые менее желательные побочные эффекты. Если значительная часть мировой экономики хочет иметь активное сальдо текущего платежного баланса (к 2006 году она включала большую часть восходящей Азии, большинство экспортеров нефти и Японию), то равная часть мировой экономики должна иметь дефицит. В период после 1998 года Соединенные Штаты обеспечивали почти весь необходимый дефицит.