0

В память о Брониславе Геремеке

Варшава – Когда неожиданно умирает друг, мы вспоминаем его лицо, улыбку, разговоры, которые навсегда остались незаконченными. Сегодня перед моими глазами стоит Бронислав Геремек, который погиб в автокатастрофе несколько недель назад, каким я его видел в тюрьме в Бялолеке, и я слышу его грубые выкрики из-за решетки тюрьмы на улице Раковецка. Я вспоминаю и слышу Бронека в Костель-Гандольфо, когда он взывает к Папе Иоанну Павлу II.

Я также вспоминаю его во время митинга «солидарности» и во время переговоров за круглым столом 1989 года. Я вспоминаю его в нашем парламенте, объявляющим о конце Народной Республики Польша, а также его выступление на «CNN», во время которого он сообщил о присоединении Польши к НАТО. А также тысячи частных разговоров, обсуждений и споров за прошедшие почти 40 лет.

Бронислав Геремек был одним из нас, если процитировать слова Ёзефа Конрада, писателя, которым Геремек восхищался. Он был активистом в демократической оппозиции и в «Солидарности», которые боролись за независимость Польши и свободу человека, и заплатили за это высокую цену. Он хотел сохранить верность традициям январского восстания и легионам Ёзефа Пилсудского, традициям повстанцев варшавского гетто и варшавского восстания, ценностям польского октября и студенческого восстания 1968 года, ценностям «KOR» (Комитета защиты прав рабочих) и «Солидарности».

Геремек знал, что изгнание и порабощение разрушают человеческое достоинство и нашу человечность. Он знал, что диктатура приводит к моральной низости. Он ценил свободу, достоверные знания, независимое мышление, мужество несогласия, дух сопротивления, красоту польского романтизма, непредубежденное поведение и человеческое достоинство. Он с отвращением реагировал на моральную низость, но также испытывал страх. Он видел в этом источник человеческой предрасположенности к тоталитарному движению.