14

Как остановить терроризм в Европе

БЕРЛИН – Европа находится в состоянии стресса. Процесс интеграции в европейское общество беженцев и других мигрантов (1,1 млн человек только в одной Германии в 2015 году) оказался серьёзной проблемой, причём он осложняется резким ростом числа преступлений, совершаемых приезжими. Но что ещё хуже, началась радикализация многочисленных европейских мусульман: некоторые из них уезжают в Ирак и Сирию воевать под флагом так называемого Исламского государства, а другие совершают теракты в принявших их странах. Прибавьте к этому националистическую риторику популистских политических лидеров, которые фактически разжигают рознь, и станет понятно, почему господствующим настроением в Европе становится нарастающее чувство отсутствия безопасности.

Многие европейские страны занялись укреплением внутренней безопасности. Но выбранные ими подходы, мягко говоря, несовершенны.

Erdogan

Whither Turkey?

Sinan Ülgen engages the views of Carl Bildt, Dani Rodrik, Marietje Schaake, and others on the future of one of the world’s most strategically important countries in the aftermath of July’s failed coup.

Германия, как и некоторые другие страны, ввела целый ряд новых мер, в частности увеличена численность полиции, ускорен процесс депортации мигрантов, совершивших преступления, введено правило лишения немецкого гражданства тех, кто вступил в иностранные «террористические группировки». В числе других шагов – расширение надзора за общественными местами и создание новых подразделений, занятых идентификацией потенциальных террористов путем анализа их активности в интернете.

Необходимость успокоить общество заставила Бельгию, Болгарию, Францию и Нидерланды, а также швейцарский кантон Тичино и итальянский регион Ломбардия запретить ношение «бурки» (скрывающей всё тело женской верхней одежды, которую носят ультраконсервативные мусульманки), а также головных уборов, скрывающих лицо, в некоторых – а иногда даже любых – общественных местах. Отдельные прибрежные французские города запретили ещё и «буркини» – купальник, скрывающий всё тело, который носят на пляже некоторые мусульманки.

Даже Германия, где министр внутренних дел Томас де Мезьер изначально выступал против таких запретов, поддалась давлению союзников канцлера Ангелы Меркель и предложила запретить ношение головных уборов, скрывающих лицо, в тех общественных местах, где требуется идентификация. Логика этих решений в том, что одежда данного типа якобы не способствует интеграции.

Однако никакие меры по укреплению внутренней безопасности, а тем более требования к одежде, не смогут гарантировать безопасность Европе. Чтобы найти реальное решение возникших проблем с безопасностью, европейским лидерам надо обратить внимание на их идеологические корни.

Проблема не в исламе, как заявляют многие популисты (и как следует из запрета на бурку и буркини). Мусульмане уже давно стали частью европейского общества: в 1990 году их доля в населении Европы составляла 4%, в 2010 году – 6%. При этом предыдущие миграционные волны из мусульманских стран не приводили к всплеску террористической активности в Европе. К примеру, начиная с 1960-х годов, примерно три миллиона мигрантов из Турции переселились в Германию, где переживавшая бум экономика создавала спрос на трудовые ресурсы; и это не создало угроз для внутренней безопасности страны.

Сегодня эту угрозу создаёт радикальный исламизм – фундаменталистская концепция общества, перестроенного по законам шариата. Многие сегодняшние беженцы из раздираемых войнами стран, например Ирака и Сирии, пережили не только неописуемые страдания и насилие, но и впитали радикальную исламскую идеологию, в частности, призывы к джихаду. Некоторые из них могут оказаться боевиками Исламского государства, маскирующимися под беженцев, чтобы совершать теракты в Европе. Представители американских спецслужб неоднократно предупреждали о такой возможности.

Даже на тех беженцев, которые действительно ищут убежища и составляют большинство, мощный психологический эффект могли оказать насилие и исламская риторика, воздействию которых они подвергались. Процесс ассимиляции в мирное общество, управляемое в соответствии с принципами верховенства закона, требует от приезжих, длительное время находившихся в зоне конфликта, выработки нового мышления, которое позволило бы им справиться с возникающими проблемами, не прибегая к криминалу.

И это уже не говоря о тех глубоких психологических шрамах, которые будут тревожить многих беженцев. Исследования показывают, что более 50% мужчин и женщин, находившихся какое-то время в зоне боевых действий, испытывают, по меньшей мере, частичное посттравматическое стрессовое расстройство, которое может привести к увеличению риска насилия.

На фоне этих факторов многие в Европе делают вывод, что ключом к сохранению безопасной Европы должен стать контроль над потоками мигрантов, в том числе путём улучшения процедур проверки. (Такие процедуры зачастую отсутствуют просто из-за огромного числа прибывающих беженцев). Кроме того, есть аргументы в пользу удерживания беженцев на Ближнем Востоке, хотя главный механизм такого удержания – соглашение Евросоюза с Турцией – оказался под угрозой из-за политических сложностей, последовавших за провалом июльского переворота с целью свержения правительства турецкого президента Реджепа Тайипа Эрдогана.

Впрочем, даже сооружение «Крепости Европа» не позволит ликвидировать террористическую угрозу. Дело в том, что некоторые теракты, в том числе в Брюсселе и Париже, совершили мусульманские граждане Европы, чья радикализация произошла в их собственных квартирах. По оценкам Роба Уэйнрайта, возглавляющего Европол, около 5000 европейский джихадистов уехали в Сирию и Ирак, а «несколько сотен», возможно, займутся подготовкой новых терактов в Европе, вернувшись домой.

Единственный способ эффективно справиться с угрозой терроризма – обратить внимание на радикальную исламистскую идеологию, которая его питает. Это значит, что надо добиваться прекращения практики, когда религиозно-промышленные комплексы Саудовской Аравии, Катара и других стран Персидского залива направляют свои имеющиеся в избытке нефтедоллары на финансирование пропаганды экстремистской идеологии.

Support Project Syndicate’s mission

Project Syndicate needs your help to provide readers everywhere equal access to the ideas and debates shaping their lives.

Learn more

Это также означает, что надо запускать согласованную информационную кампанию по дискредитации этой идеологии, по аналогии с дискредитацией Западом коммунизма во времена Холодной войны, что стало важнейшим фактором последовавшего затем триумфа. Этой работой должны заняться все крупнейшие державы, но она является безотлагательной для Европы, учитывая её близость к Ближнему Востоку и, в частности, к новым цитаделям джихадизма, которыми являются Сирия, Ирак и Ливия.

Для победы над террористами нужна делигитимизация системы убеждений, которая оправдывает их действия. Запрет на бурку и другие меры европейских властей, которые направлены против ислама в целом, являются поверхностными и контрпродуктивными, поскольку они раскалывают европейское общество, оставляя при этом без внимания идеологические корни терроризма.