13

Арсеналы для борьбы с рецессией исчерпаны?

СТЭНФОРД – Согласно экономическим прогнозам на 2017 год, в мировой экономике сохранится неустойчивое положение, а рост экономики в большинстве стран и регионов будет низким. Среди явных экономических проблем – слабость европейских банков, перекосы на китайском рынке недвижимости, политическая неопределённость в странах Запада, рекордно высокий уровень государственного и частного долга (который, по подсчётам Международного валютного фонда, достиг 225% ВВП), а также нежелание  обременённых долгами Греции и Португалии выполнять программу МВФ.

Дополнительные глобальные экономические риски, например, резкий перебой на нефтяном рынке, который может привести к росту цен, не столь очевидны, а следовательно, привлекают меньше внимания. Экономисты называют такие события «шоками» как раз потому, что они происходят неожиданно и могут иметь далекоидущие последствия.

 1972 Hoover Dam

Trump and the End of the West?

As the US president-elect fills his administration, the direction of American policy is coming into focus. Project Syndicate contributors interpret what’s on the horizon.

Из-за беспрецедентно длительного периода политики монетарного стимулирования и значительного роста госдолга у правительств осталось мало инструментов для борьбы со следующим экономическим спадом, когда (без всяких если) он наступит. Следующая рецессия будет, наверное, не такой тяжёлой, как предыдущая, однако развитые страны намного лучше к ней подготовятся, если проведут поэтапную нормализацию монетарной политики и – одновременно – бюджетную консолидацию.

Что касается монетарной политики, то уровень безработицы в США, равный примерно 5%, сейчас близок к тому уровню, который большинство экономистов называют состоянием полной занятости, поэтому многие ожидают, что ФРС поднимет учётную ставку в декабре. Но ФРС движется очень медленными темпами.

Европейский центральный банк, скорее всего, продлит программу покупки облигаций. Однако у банка есть причины поставить под сомнение результативность своей политики количественного смягчения, поскольку уровень безработицы в странах еврозоны всё ещё равен в среднем 10%, а это свидетельствует о значительном отставании от потенциальных объемов производства. Тем временем, японская экономика продолжает еле плестись: Банк Японии сейчас предпринял очередную попытку повысить инфляцию и темпы роста экономики с нынешних ни��ких уровней, занявшись «управлением кривой доходности».

Что касается бюджетной политики, то в большинстве развитых стран государственные финансы находятся в печальном положении, поскольку власти так и не провели необходимые структурные реформы на стороне рыночного предложения с целью поставить под контроль рост государственных пенсионных расходов, реформировать сдерживающую рост налоговую систему, либерализовать рынки труда. Эти ошибки бюджетной политики привели к созданию слишком большой нагрузки на центральные банки. Между тем, меры по повышению производительности на стороне рыночного предложения позволили бы ускорить рост экономики.

Экономисты, оказывающие серьёзное влияние на политиков, близких к левому движению, сейчас активно доказывают, будто экономика, занятость и доходы возрастут, если правительства запустят масштабные программы новых расходов, финансируемых за счёт дефицита бюджета, ради создания спроса на товары и услуги. Они утверждают, что на фоне нынешней низкой стоимости заимствований расходы за счёт дефицита будут фактически бесплатными и что нам не надо волноваться по поводу высокого уровня долга.

Но в подобных рассуждениях игнорируется большой разрыв, который обычно возникает между замыслом экономистом и обещаниями политиков, с одной стороны, и тем, что в реальности создаётся с помощью таких программ госрасходов, с другой. Как заметил президент ЕЦБ Марио Драги, «немногие государственные инвестиции дают высокую отдачу». Разумеется, правительства должны снижать налоги и финансировать те инициативы, которые проходят строгий тест на эффективность, с точки зрения затрат и выгод; однако новые масштабные программы расходов, как правило, не становятся серьёзным и немедленным толчком к росту экономики.

Начать с того, что расходы осуществляются в будущем, в котором прогнозы обещали улучшение экономических условий. Как позже признал президент Барак Обама, вспоминая подписанный им билль о стимулах 2009 года, «инвестпроекты были не готовы». Япония на протяжении десятилетий предпринимала попытки стимулирования экономики с помощью госрасходов, и, глядя на общие темпы роста экономики страны, ей мало чем можно тут похвастаться.

Конечно, крупный дефицит бюджета может быть полезен и даже желательны во время рецессии или войны, или же если средства идут на финансирование продуктивных государственных инвестиций. Во время глубокого, длительного спада, когда процентные ставки близки к нулю, хорошо продуманные бюджетные меры могут, теоретически, помочь поправить ситуацию в краткосрочной перспективе. Но, как показывают исследования, мультипликативный эффект государственных расходов (когда они позволяют увеличить ВВП на большую сумму, чем сумма расходов) резко снижается после нескольких кварталов, а в дальнейшем становится отрицательным. Более того, мультипликативный эффект может быть отрицательным даже во время подъёма экономики, если центральные банки сохраняют нулевые ставки, а домохозяйства ожидают повышения налогов одновременно с повышением процентных ставок.

Поскольку новые программы госрасходов имеют свойство превращаться в контрпродуктивные политические прожекты, никак не стимулирующие рост экономики, часто можно услышать другое предложение – повысить государственные социальные выплаты. Оставим в стороне тот факт, что размеры социальных выплат в большинстве стран уже сейчас слишком высоки для бюджета, так как они одобрялись и повышались в период, когда экономическая и демографическая ситуация была лучше. Сможет ли эта мера поднять экономику?

Fake news or real views Learn More

Есть новое исследование, которое отвечает именно на этот вопрос. Кристина Ромер, бывший главный экономист в администрации Обамы, и Дэвид Ромер из Калифорнийского университета в Беркли обнаружили, что даже перманентное повышение социальных выплат создаёт стимулы, действующие лишь в течение нескольких месяцев, причём их эффект не распространяется на занятость. В исследовании делается вывод, что выгоды от повышения социальных пособий «намного менее устойчивы, и их размер в целом существенно меньше, чем размер выгод от изменения налогов».

В странах, где программы стимулирования тщательно выверены и могут быть быстро реализованы, любое временное увеличение госрасходов должно сочетаться с поэтапной фискальной консолидацией для снижения экономических рисков и долгосрочных издержек. Как подсказывает история и теория, такая фискальная консолидация должна происходить за счёт снижения роста расходов в будущем, особенно социальных выплат. Экономические власти должны выучить этот урок. Это позволит им постепенно перевооружиться, в противном случае они останутся без огневой мощи, когда она им будет больше всего необходима.