Skip to main content

Cookies and Privacy

We use cookies to improve your experience on our website. To find out more, read our updated Cookie policy, Privacy policy and Terms & Conditions

palacio101_Artur Debat Getty Images_earthspaceshadow Artur Debat/Getty Images

Европа на линии геополитического разлома

МАДРИД – Два месяца назад в своём обращении к Генеральной ассамблее Объединённых Наций генеральный секретарь ООН Антониу Гутерреш поделился своими опасениями: «великая трещина» может расколоть международный порядок на два «отдельных и соперничающих мира» – один во главе с США и другой во главе с Китаем. Его страх не просто оправдан. Трещина, появления которой он так опасался, уже сформировалась, и она становится шире.

С тех пор как в 1978 году Дэн Сяопин начал проводить политику «реформ и открытости», на Западе было принято считать, что интеграция Китая в мировую экономику естественным образом приведёт к социальным и политическим переменам внутри страны. Конец Холодной войны – это была очевидная победа либерального международного порядка во главе с США – усилил эти представления, поэтому Запад, как правило, проводил политику взаимодействия с Китаем. Когда в 2001 году Китай стал членом Всемирной торговой организации, этот процесс ускорился, при этом в страну устремились западные компании и инвестиции, а из неё – дешёвые промышленные товары.

По мере повышения роли Китая в глобальных производственных цепочках его проблемные методы ведения внешней торговли (от демпинга на западных рынках с помощью избыточно дешёвой продукцией до неспособности защитить права интеллектуальной собственности) начинали приводить ко всё более искажающим последствиям. Но лишь у немногих это вызывало беспокойство. Казалось, что никто не хочет ставить под угрозу прибыли, приносимые дешёвым китайским производством, или же обещания открыть доступ к огромному китайскому рынку. В любом случае, было принято считать, что все проблемы разрешатся сами собой, потому что политика экономического взаимодействия и рост экономики вскоре приведут к появлению процветающего среднего класса в Китае, который поспособствует внутренней либерализации.

Как сейчас понятно, всё это было верой в волшебство. В реальности Китай начал менять международную систему в большей степени, чем система – менять Китай.

Сегодня Коммунистическая партия Китая могущественна так, как никогда ранее. Она усилила своих позиции благодаря разветвлённому аппарату слежки за людьми с использованием искусственного разума, а также продолжающемуся доминированию госпредприятий. Председатель КНР Си Цзиньпин намеревается править очень долго, возможно, всю жизнь. И, как выяснил президент США Дональд Трампа в ходе своей неудачной торговой войны, никогда ещё не было так трудно добиваться от Китая уступок.

Между тем, международный порядок, основанный на правила, серьёзно ослаб, он лишился жизненных сил и смысла существования. Развивающиеся страны разочарованы недостаточностью усилий, направленных на приведение институциональных механизмов в соответствие с новыми экономическими реалиями. Со своей стороны, развитые страны пытаются совладать с массовым недовольством глобализацией, что привело не только к снижению их поддержки политики торговой либерализации и международного сотрудничества, но и потрясло их демократию. США постепенно отказываются от глобального лидерства.

Subscribe now
ps subscription image no tote bag no discount

Subscribe now

Subscribe today and get unlimited access to OnPoint, the Big Picture, the PS archive of more than 14,000 commentaries, and our annual magazine, for less than $2 a week.

SUBSCRIBE

В результаты международные отношения стали, как правило, транзакционными: сиюминутные сделки пришли на смену всеобъемлющим решениям, принимаемым в сотрудничестве. Институты и соглашения оказываются выхолощенными и всё более неформальными. Ценности, правила и нормы начинают считаться старомодными и непрактичными.

Всё этот открыло перед Китаем золотой шанс построить параллельную систему, в центре которой находится он сам. С этой целью Китай создал такие институты, как Азиатский банк инфраструктурных инвестиций и Новый банк развития (обе организации подражают существующим международным структурам). И он занимается реализацией разветвлённой инициативы «Пояс и путь», которая представляет собой явную попытку позиционировать Китай в качестве Срединного царства.

Но многие, в том числе и в Европе, не очень озабочены появлением этой параллельной системы. Для них всё выглядит прекрасно, поскольку эта система обеспечивает быстрый доступ к проектному финансированию. В условиях нарастающего отчуждения между Европой и США многие европейцы считают, что они могут улучшить свои стратегические позиции, расположившись на границе между двумя возникающими мирами.

Такая стратегия способна обеспечить некоторые преимущества, в частности, возможность для арбитражных сделок. Но, как знает любой, кто живёт на линии разлома, там имеются ещё и огромные риски: трения между двумя сторонами неизбежно потрясут фундамент всего, что расположилось на границе между ними.

И это особенно касается Европейского союза, который построен на принципах сотрудничества, общих ценностей и верховенства закона. Если ЕС будет помогать строить параллельную структуру, противоречащую его базовым ценностям (особенно это касается центральной роли индивидуальных прав человека), он рискует потерять свои метаполитические якоря – убеждения, к которым привязано его мировоззрение. Начав этот дрейф, Европа в конечном итоге утонет.

Решение заключается не в том, чтобы Европа просто встала на «сторону» Америки и отвернулась от Китая. (Это тоже будет противоречить европейским ценностям). Скорее, Евросоюз должен внять призыву Гутерреша и «сделать всё возможное для сохранения универсальной системы», в которой все участники, в том числе Китай и США, соблюдают одинаковые правила.

В этом смысле недавнее совместное заявление Си Цзиньпина и президента Франции Эммануэля Макрона, в котором подтверждена их решительная поддержка Парижского климатического соглашения, выглядит многообещающим, равно как и растущее понимание в Европе, что Китай – это не просто партнёр или экономический конкурент, но и «системный соперник». Впрочем, это лишь начало. Европе нужна серьёзная китайская стратегия, в которой будут признавать глубокие, часто неявные проблемы, создаваемые подъёмом этой страны, а также будут смягчаться связанные с этим риски и не упускаться из вида возникающие возможности.

Для этого потребуется дальновидность и дисциплина. Ни то, ни другое не даётся ЕС с естественной лёгкостью. Но иного выбора нет. Как только Европа перестанет защищать верховенство закона и демократические ценности, её идентичность – и её будущее – начнёт разрушаться.

https://prosyn.org/bB38PaRru;
  1. op_dervis1_Mikhail SvetlovGetty Images_PutinXiJinpingshakehands Mikhail Svetlov/Getty Images

    Cronies Everywhere

    Kemal Derviş

    Three recent books demonstrate that there are as many differences between crony-capitalist systems as there are similarities. And while deep-seated corruption is usually associated with autocracies like modern-day Russia, democracies have no reason to assume that they are immune.

    7