23

Конец европейской супернации?

МАДРИД – С тех пор как в 2008 году в еврозоне начался кризис, Евросоюз – в политическом смысле – начал представлять собой межправительственное объединение, прикрытое наднациональными одеждами. Но в ходе подготовки к переговорам о выходе Британии из ЕС стало очевидно, что у Евросоюза больше нет никаких одежд вообще. И вопрос теперь в следующем: является ли новый статус Евросоюза как проекта, в котором доминирующую роль играют правительства его стран-участниц, постоянным.

Доминирование стран-членов ЕС, особенно Германии, в процессе принятия решений в Евросоюзе вовсе не является новостью. Оно было совершенно очевидным во время кризиса евро, когда на первый план вышли немецкий канцлер Ангела Меркель и её министр финансов Вольфганг Шойбле, а также бельгиец Херман ван Ромпей, занимавший тогда пост президента Европейского Совета.

Однако миф о европейской супернации сохраняется. В частности, когда Жан-Клод Юнкер вступил в должность президента Еврокомиссии в 2014 году, исполнительная ветвь власти Евросоюза начала представлять себя институтом, который, базируясь в Брюсселе, способен вести ЕС вперёд к тому, что Юнкер назвал (в своей ежегодной речи «О положении в Союзе» в 2015 году) «больше союза в нашем союзе».

В этом году Юнкер выступил с намного более трезвой речью. Похоже, что июньское голосование за Брексит остудило не только Юнкера, но и вообще всех еврофилов в Еврокомиссии, которые в основном оказались за бортом начинающейся битвы за то, как будет выглядеть Европа. (Заметным исключением стала комиссар по вопросам конкуренции Маргарет Вестагер со своей очень жёсткой позицией по налогам, впрочем, последствия её действий пока ещё предстоит определить).