Jaha Dukureh, a survivor of female genital mutilation and founder of Safe Hands for Girls Tom Williams/Getty Images

Как помочь девочкам

ВАШИНГТОН – В лотерее жизни родиться женщиной в бедной стране означает оказаться в двойном проигрыше. Среди всех демографических групп в мире у женщин в бедных странах самый высокий шанс стать нищими, с самым плохим здоровьем, с наименьшим доступом к образованию и при этом с самой высокой вероятностью стать жертвой насилия.

The Year Ahead 2018

The world’s leading thinkers and policymakers examine what’s come apart in the past year, and anticipate what will define the year ahead.

Order now

Гендерное неравенство – в виде недоступности рабочих мест и пониженных зарплат – обходится миру в шокирующие 15,5% ВВП. Лишив женщин возможности развивать свой потенциал, общество, тем самым, отказывается от их вклада. Но печальная реальность в том, что эффективные решения проблемы гендерного неравенства трудно найти.

На самом краю шкалы лишений находятся 30 миллионов девочек, которым в ближайшем десятилетии грозит риск женского обрезания (сокращённо FGM). Эта процедура является почти всеобщей в Сомали, Гвинее, Джибути, Египте, Эритрее, Мали, Сьерра-Леоне и Судане. Всемирная организация здравоохранения предупреждает, что подвергнутые обрезанию женщины страдают от постоянных проблем со здоровьем, у них выше уровень перинатальной смертности.

Однако эту проблему проще назвать, чем решить. Законодательные реформы оказываются малоэффективными. Даже в Великобритании, где процедура FGM была объявлена вне закона 30 лет назад, ни один человек до сих пор не был за это реально наказан. В июле 2016 года была впервые опубликована статистика, показывающая, что с апреля 2015 года по март 2016 года в Англии было зарегистрировано 5702 новых случаев FGM. Как минимум, 18 молодых женщин и девочек подверглись обрезанию в самой Великобритании, хотя большинство случаев эта процедура совершалась в Африке.

В целом, за последние три десятилетия распространённость FGM стала снижаться. Но не во всех странах наблюдается прогресс. Более того, при сохранении нынешних тенденций через 15 лет число девочек и женщин, подвергнутых обрезанию, значительно возрастёт.

Всё это не означает, что благотворительные фонды и правительства, которые работают на этом направлении, делают это совсем без успеха. Но нам нужно больше высококачественных исследований о том, как можно находить и масштабировать эффективные программы.

Ещё один неприемлемый обычай, который лишает девочек перспектив, – это детские браки. По прогнозам ООН, в период с 2011 по 2020 годы более 140 млн девочек во всём мире станут невестами в детском возрасте. Согласно определению ООН, детскими считаются браки, заключённые в возрасте до 18 лет. По данным ЮНИСЕФ, в девяти странах – Нигер, Центрально-Африканская республика, Чад, Бангладеш, Мали, Гвинея, Южный Судан, Буркина-Фасо и Малави – доля детских браков превышает 50%.

Для девочек-невест последствия таких браков оказываются весьма далекоидущими: снижается уровень образования и доходов в течение всей жизни, повышается риск домашнего насилия, а также риск смерти во время беременности или родов, а кроме того, возрастает уровень смертности у их детей.

Как и в случае с обрезанием, одних только законов недостаточно, чтобы решить эту проблему. Взять, например, Бангладеш, где 52% девочек выходят замуж до достижения совершеннолетия, то есть 18 лет. Многочисленные законы, запрещающие детские браки и приданное, произвели незначительный эффект, при этом 18% девочек – это самый высокий уровень в мире – выходят замуж, когда им ещё не исполнилось 15 лет. Локальные программы помощи в обучении девочек-подростков жизненным навыкам приносят ограниченную пользу.

Исследование в Бангладеш, проведённое экономистами из Университета Дьюка и Лаборатории противодействия бедности им. Абдул-Латифа Джамиля при MIT, позволяет сделать вывод, что наиболее эффективной стратегией может стать создание финансовых стимулов для отсрочки брака. Девочки, принадлежащие к 20% беднейшего населения мира, выходят замуж детьми в два раза чаще, чем те, кто принадлежит к 20% самых богатых.

На юге Бангладеш реализуется многообещающая программа раздачи растительного масла родителям незамужних девочек. Раз в четыре месяца участники программы получают четыре литра масла при условии, что проверяющий подтвердит – девочки в семье до сих пор не вышли замуж.

Этот скромный стимул работает: вероятность брака до 16 лет у дочерей участников программы снизилась на 30%, при этом выгоды программы в четыре раза превысили затраты. Позитивным стал и тот факт, что программа помогает повысить уровень образования у девочек: у дочерей её участников вероятность продолжения обучения в школе выросла на 22%.

Это очень важно, потому что одной из ключевых целей в программе «Цели развития тысячелетия», завершившейся в 2015 году, была ликвидация гендерного неравенства в начальном и среднем образовании. В части начального образования был достигнут значительный прогресс, однако доступ к среднему и высшему образованию по-прежнему остаётся очень неравным. Разрывы в показателях охвата детей начальным образованием снизились во всех регионах, хотя страны Африки южнее Сахары, Ближнего Востока и Северной Африки по-прежнему отстают.

Снижение гендерного разрыва в школьном образовании принесёт выгоды, которые достанутся и следующему поколению. Повышение уровня образования девочек означает, что у их детей улучшится здоровье и качество питания.

Методы достижения нами этих целей могут варьироваться. Например, предоставление бесплатной школьной формы оказывается полезным в некоторых странах, но не везде. В Бангладеш меры по снижению количества детских браков попутно способствуют расширению охвата детей средним образованием. По данным нового глобального исследования, отдача от денег, потраченных на снижение гендерного неравенства в образовании, превышает затраты более чем в пять раз.

Многие полезные и даже бесспорно хорошие идеи, направленные на снижение гендерного неравенства, труднее анализировать и выражать в цифрах. Например, предоставление женщинам равных прав при наследовании имущества, подписании контрактов, регистрации бизнеса или открытии счёта в банке стоит недорого, а выгоды от этих мер могут быть колоссальными. Но, несмотря на эту проблему с данными, группа лауреатов Нобелевской премии, приглашённых «Копенгагенским консенсусом», назвала подобные меры одной из 19 наилучших стратегий развития, при этом выгоды от каждого потраченного доллара превышают $15.

Впрочем, одну проблему мы точно знаем как решить, и здесь у нас есть предостаточно данных и о затратах, и о выгодах. Около 225 миллионов женщин, которые хотят избежать беременности, не пользуются безопасными и эффективными методами семейного планирования. Причины этого варьируются – от отсутствия доступа к соответствующей информации и услугам до отсутствия поддержки со стороны партнёров или общества.

Гарантия всеобщего доступа к средствам контрацепции обойдётся в $3,6 млрд в год, но она позволит сократить количество материнских смертей на 150 тысяч, а число сирот – на 600 тысяч. Кроме того, демографические дивиденды от снижения количества иждивенцев и увеличения численности рабочей силы ускорят рост экономики. В целом, выгоды здесь оказываются выше затрат в 120 раз – это потрясающе.

У проблемы гендерного неравенства нет быстрых решений, но очевидно одно: не все решения являются одинаково хорошими и основаны на надёжных данных. А с моральной и экономической точек зрения, власти должны предпринимать такие меры, которые будут максимально способствовать повышению потенциала девочек и женщин.

http://prosyn.org/rltfNhS/ru;

Handpicked to read next

  1. Patrick Kovarik/Getty Images

    The Summit of Climate Hopes

    Presidents, prime ministers, and policymakers gather in Paris today for the One Planet Summit. But with no senior US representative attending, is the 2015 Paris climate agreement still viable?

  2. Trump greets his supporters The Washington Post/Getty Images

    Populist Plutocracy and the Future of America

    • In the first year of his presidency, Donald Trump has consistently sold out the blue-collar, socially conservative whites who brought him to power, while pursuing policies to enrich his fellow plutocrats. 

    • Sooner or later, Trump's core supporters will wake up to this fact, so it is worth asking how far he might go to keep them on his side.
  3. Agents are bidding on at the auction of Leonardo da Vinci's 'Salvator Mundi' Eduardo Munoz Alvarez/Getty Images

    The Man Who Didn’t Save the World

    A Saudi prince has been revealed to be the buyer of Leonardo da Vinci's "Salvator Mundi," for which he spent $450.3 million. Had he given the money to the poor, as the subject of the painting instructed another rich man, he could have restored eyesight to nine million people, or enabled 13 million families to grow 50% more food.

  4.  An inside view of the 'AknRobotics' Anadolu Agency/Getty Images

    Two Myths About Automation

    While many people believe that technological progress and job destruction are accelerating dramatically, there is no evidence of either trend. In reality, total factor productivity, the best summary measure of the pace of technical change, has been stagnating since 2005 in the US and across the advanced-country world.

  5. A student shows a combo pictures of three dictators, Austrian born Hitler, Castro and Stalin with Viktor Orban Attila Kisbenedek/Getty Images

    The Hungarian Government’s Failed Campaign of Lies

    The Hungarian government has released the results of its "national consultation" on what it calls the "Soros Plan" to flood the country with Muslim migrants and refugees. But no such plan exists, only a taxpayer-funded propaganda campaign to help a corrupt administration deflect attention from its failure to fulfill Hungarians’ aspirations.

  6. Project Syndicate

    DEBATE: Should the Eurozone Impose Fiscal Union?

    French President Emmanuel Macron wants European leaders to appoint a eurozone finance minister as a way to ensure the single currency's long-term viability. But would it work, and, more fundamentally, is it necessary?

  7. The Year Ahead 2018

    The world’s leading thinkers and policymakers examine what’s come apart in the past year, and anticipate what will define the year ahead.

    Order now