14

Наш друг – экономический тренд

БЕРКЛИ – Настали дни тяжёлых разочарований в мировом положении. Вернулись зловещие силы фанатичных, религиозных убийств – то, с чем, по крайней мере, на Западе было в основном покончено, как мы думали, ещё к 1750 году. Они подпитывают присоединяющиеся к ним силы национализма, нетерпимости и расизма, которые, как мы опять же думали, остались по большей части под руинами Берлина в 1945 году.

Помимо этого, глубокое разочарование вызывают темпы роста экономики после 2008 года. Нет разумных оснований оптимистично ожидать поворота к лучшему в течение ближайших пяти лет или около того. При этом неспособность глобальных институтов обеспечить постоянный рост благосостояния подорвала доверие, которое в иные, лучшие времена могло бы помочь усмирить кровавых демонов нашей эпохи.

Erdogan

Whither Turkey?

Sinan Ülgen engages the views of Carl Bildt, Dani Rodrik, Marietje Schaake, and others on the future of one of the world’s most strategically important countries in the aftermath of July’s failed coup.

Можно понять, почему так легко стать пессимистом в наши дни – возможно, даже слишком легко. Ведь на самом деле, с энтузиазмом и позитивом всё в порядке: если мы посмотрим на прогнозы глобального экономического роста не на пять лет вперёд, а на 30-60 лет, мы увидим гораздо более светлую картину.

Причина проста: масштабные тренды, которые подпитывали рост глобальной экономики после Второй мировой войны, по-прежнему сохраняются. Всё больше людей получает доступ к новым, повышающим производительность технологиям, всё больше людей начинают заниматься взаимовыгодной торговлей, и всё меньше людей рождается на планете, что успокаивает страхи перед так называемой популяционной бомбой.

Кроме того, инновационная деятельность, особенно на глобальном севере, не прекращается, пусть даже она, может быть, и замедлилась после 1880-х годов. И хотя нас продолжают ужасать войны и террор, мы сейчас не видим ничего сравнимого по масштабам с актами геноцида, ставшими символом XX века.

К счастью, эти основные тренды, по всей видимости, сохранятся. Таковы данные исследовательского проекта Penn World Table (PWT) – лучшего источника обобщённой информации о росте мировой экономики. Данные PWT об изменении среднего реального (с поправкой на инфляцию) ВВП в пересчёте на душу населения показывают, что в 1980 году ситуация в мире была на 80% лучше, чем в 1950 году, а в 2010 году – на 80% лучше, чем в 1980 году. Иными словами, наше усреднённое материальное благосостояние увеличилось в три раза по сравнению с 1950 годом.

Утроение глобального материального благосостояния выглядит как большое достижение, но это, скорее всего, заниженная оценка. Наши методы измерения реального ВВП учитывают все произведённые товары и услуги, однако они не точно отражают стоимость, которая существует, но не может быть измерена, например, огромные выгоды, получаемые пользователям социальных сетей от услуг, которые им ничего не стоят.

Мы производим рекордные объёмы разнообразных вещей, которые повышают общественное благосостояние, но в виде не рыночной, а пользовательской стоимости. Кто-то скажет, что тут нет ничего нового, но это неубедительно: достаточно вспомнить, как много времени мы теперь тратим на общение с IT-системами, в которых поток доходов представлен, в лучшем случае, крохотной струйкой сопутствующей рекламы.

Данные PWT можно сортировать по странам, поэтому давайте рассмотрим ситуацию с Китаем и Индией, на долю которых приходится 30% человечества. В 1980 году реальный подушевой ВВП в Китае был на 60% ниже среднемирового уровня, а сегодня он на 25% выше этого уровня. Реальный подушевой ВВП Индии в 1980 году был на 70% ниже среднемирового уровня; с тех пор Индия сократила этот разрыв наполовину.

Это неоспоримый прогресс, но, чтобы избежать излишне розовой картины, мы должны вспомнить о глобальном неравенстве. С 1950 года страны миры не показывают никаких признаков сближения в уровне общего благосостояния. По данным PWT, две трети стран мира в 1950 году имели показатели реального подушевого ВВП, колебавшиеся от минимальных 45% от среднемирового уровня до максимальных 225%. В 1980 году этот спред расширился – от минимального значения 33% и до максимального 300%, а сегодня он составляет 28% и 360% соответственно.

Тем не менее, в целом, для усреднённого человека равенство в мировой экономике сегодня возросло по сравнению с 1980 годом. Это произошло, в частности, благодаря сильным лидерами, таким, как лидеры Китая, начиная с Дэн Сяопина, и Индии, начиная с Раджива Ганди. Впрочем, в мире больше нет таких больших стран, как Китай и Индия, которые могли бы встать и сделать значительной скачок в развитии. Кроме того, очень немногие наблюдатели уверены в том, что китайский президент Си Цзиньпин и индийский премьер-министр Нарендра Моди соответствуют уровню, заданному их предшественниками в экономике.

И более того, подобные случаи высоких темпов роста на протяжении длительного времени, возможно, станут достоянием прошлого, если в мировой экономике больше не будет возможностей для ускоренного трансфера технологий, и если страны мира будут всё больше достигать стадии зрелости, переходя от развивающейся экономики с высокими темпами роста к более стабильному состоянию развитых стран.

Support Project Syndicate’s mission

Project Syndicate needs your help to provide readers everywhere equal access to the ideas and debates shaping their lives.

Learn more

Вполне может оказаться, что и сам мотор инноваций замедлит свою работу. Тем не менее, он всё же будет работать, люди будут по-прежнему осваивать новые технологии, а мировая экономика – расти. Исключая кошмарные сценарии, например, спровоцированную террористами ядерную войну, можно надеяться, что в 2075 году мои преемники будут оглядываться назад и радоваться тому, что их мир стал в три раза лучше, чем наш сегодня.

Любые другие прогнозы делать затруднительно. Если мы не начнём действовать прямо сейчас, чтобы замедлить и развернуть вспять тенденцию роста температуры на Земле, тогда изменение климата превратится в призрака, который будет бродить по миру после 2080 года. В таком сценарии у наших пра-правнуков будет мало поводов благодарить нас.