0

Дон Кихот, диссидент

Четыре века прошло со времени появления на свет шедевра, автор и герой которого оба кажутся моложе нас. Простейшее объяснение этому можно найти в словах Флобера о «Дон Кихоте»: «Я нашел свое начало в этой книге, которую я знал наизусть еще до того, как научился читать». Действительно, в основе «Дон Кихота» лежит нечто существенное, что мы знали еще до того, как прочитали эту книгу, но что стало частью нашего существа только после того, как мы закончили это захватывающее путешествие. Это несомненный признак величия писателя.

Преследуя собственный призрак – явный признак внутреннего несчастья – идальго ищет место, где сосуществуют мечты, реальность, святость, любовь и справедливость. В их пародийном подходе к гуманизму, Дон Кихот и Санчо Панса являются наиболее живучей и любимой клоунской парой в мировой литературе.

Неудивительно поэтому, что за последние 400 лет Дон Кихот и Панса породили множество родственников и последователей, включая бесчисленные шутовские пары «господина и слуги». Даже история цирка концентрируется на таких парах: тщеславный, горделивый Белый клоун и Август-дурачок, скромный неудачник, получающий пинки от своего чопорного и помпезного партнера.

Для восточноевропейца вроде меня нелегко игнорировать историю цирка – или историю вообще. Торжественный Коммунистический Манифест говорил о призраке Великой Утопии, преследующем Европу, но не предупредил нас о кровавой тирании. Доверчивый Санчо Панса должен был принять обманчивую догму революции как право вести жестокую войну против всех. Мечта сделать мир лучше скрывала за собой фарс, который повлиял не только на одну жизнь, как в истории Сервантеса, и не только на вводящую в заблуждение армию шутов, которых считали миссионерами. Эта мечта уничтожила целые поколения жертв.