3

Рубежи битвы вокруг черты бедности

ВАШИНГТОН, ОКРУГ КОЛУМБИЯ – В течение длительного времени, как преподаватель и затем как главный экономический советник индийского правительства, я был счастливым пользователем данных Всемирного банка по глобальной бедности, отслеживая тенденции и анализируя примеры работы различных стран. Я редко задумывался над тем, как эта информация вычислялась. Три года назад я присоединился к коллективу Всемирного банка в должности главного экономиста. Это было похоже на то, как будто постоянного посетителя любимого ресторана внезапно пригласили на кухню готовить еду.

Работа по измерению размеров бедности ‑ проблема для Всемирного банка. Если бедность уменьшается, критики обвиняют нас в попытке продемонстрировать наш успех в работе. Если уровень бедности повышается, критики говорят, что мы это делаем нарочно, для того чтобы остаться на этой работе. А если уровень бедности не изменяется, они критикуют нас за попытку избежать этих двух обвинений.

Erdogan

Whither Turkey?

Sinan Ülgen engages the views of Carl Bildt, Dani Rodrik, Marietje Schaake, and others on the future of one of the world’s most strategically important countries in the aftermath of July’s failed coup.

К счастью, становится легче, когда вы знаете, что подвергнетесь критике за любой результат работы. Однако, когда мы приступили к определению глобальной черты бедности в этом году (и таким образом к определению сферы распространения уровня бедности), я вспомнил о предупреждении Ангуса Дитона, лауреата Нобелевской премии этого года по экономике: «Я не уверен, что Всемирный банк поступил разумно, серьезно занявшись этим проектом».

Мне ясен смысл этого предупреждения: расчеты по уровню бедности в этом году особенно важны. В 2011 году были рассчитаны новые паритеты покупательной способности валют (или ППС, которые по существу оценивают, что можно купить за 1 доллар США в различных странах), и эти данные стали доступны в 2014 году. Это было одной из причин изучить, как мы приспособим к этим изменениям глобальную черту бедности, оценим новые уровни бедности и опубликуем их в нашем Всемирном отчете о мониторинге, который был издан в октябре.

Вторая причина состоит в том, что ООН включила вопрос уничтожения хронической бедности в новые Цели устойчивого развития Это означает, что наше решение о том, где установить черту бедности, вероятно, будет влиять не только на миссию Всемирного банка, но также и на программу развития ООН и всех стран во всем мире. Ясно, когда мы производили расчеты, у нас была специфическая и опасная ответственность выполнить их правильно.

Наша первая задача состояла в том, чтобы посмотреть, как глобальна черта бедности была определена ранее. В 2005 году, когда был установлен предыдущий уровень паритетов покупательной способности валют, применяемый метод должен был взять национальные значения черты бедности 15 самых бедных стран, вычислить их среднее значение и считать его глобальной чертой бедности. Эти расчеты привели к глобальной черте бедности в размере 1,25 доллара США в сутки. Идея состояла в том, что за чертой бедности считался любой человек, суточное потребление которого по ППС было меньше 1,25 доллара США.

Обоснованность этого метода была подвергнута сомнению – и у меня есть свое собственное мнение на этот счет. Но не так уж важно, где черта бедности установлена в начальном году исследования. Поскольку нет никакого единого определения бедности, после установления этой черты бедности в какой-либо разумной величине, главное значение имеет дальнейший расчет изменения величины этого показателя в соответствии с существующими реальными условиями (и с учетом инфляции). Таким образом, мы можем отслеживать изменение уровня бедности во всем мире и в отдельных странах.

Некоторые критики утверждают, что черта бедности 2005 года в 1,25 доллара США в сутки была слишком низкой. Но то, что должно их действительно встревожить ‑ в 2011 году приблизительно 14,5 % всего населения в мире – один из каждых семи человек – жил ниже этой черты бедности. Учитывая, что мы уже обязались достичь цели по ликвидации чрезвычайной, хронической бедности к 2030 году, наше первое решение состояло в том, чтобы считать критерий для измерения бедности постоянным.

Поскольку между двумя раундами вычисления ППС в 2005 году и в 2011 году произошла инфляция, мы должны будем, очевидно, поднять величину номинальной черты бедности, чтобы сохранять реальную линию расчетов постоянной. Однако сделать это для мира в целом совсем не легко. Какую инфляцию мы должны использовать в различных странах?

Мы провели два экспериментальных расчета: для учета влияния инфляции на черту бедности мы взяли показатели инфляции 15 стран, по которым велись расчеты в 2005 году, и посчитали среднее значение инфляции; во втором расчете мы сделали то же самое для 101 страны, по которой имелись необходимые данные. Эти два метода подняли величину черты бедности до 1,88 доллара США и 1,90 доллара США соответственно.

Однако, был возможен и третий вариант расчета: поднять величину черты бедности в соответствии с новыми индексами ППС так, чтобы сам уровень глобальной бедности остался неизменным (поскольку ППС, вероятно, свидетельствует о страновом паритете и не должен изменять абсолютный уровень глобальной бедности). Этот расчет – и это показалось нам странным сочетанием положения звезд – дал результат чуть больше 1,90 доллара США. Короче говоря, округляя до одного десятичного разряда, все три метода привели к результату в 1,9 доллара США. И именно этот показатель мы приняли.

Support Project Syndicate’s mission

Project Syndicate needs your help to provide readers everywhere equal access to the ideas and debates shaping their lives.

Learn more

Нам не всегда везет, используя различные методы расчетов, получать фактически те же самые результаты. Кроме того, бедность может и должна быть оценена с учетом многих других показателей, кроме денег: продолжительность жизни, получение образования, здоровье и различные другие виды «деятельности и возможностей» (как их называет Амартия Сен) человека также очень важны. Чтобы заняться этими проблемами в будущем и расширить исследование по бедности, осуществляемое Всемирным банком, мы создали Комиссию по глобальной бедности из 24 членов под председательством сэра Тони Аткинсона из Лондонской школы экономики и Наффилд-Колледжа в Оксфорде – который представит отчет Комиссии следующей весной.

Измерение уровня бедности привлекает внимание и политиков, и академических исследователей – и у нас было вполне достаточное число представителей из обеих групп. Мы были внимательны к изучению политики борьбы с бедностью, но мы сопротивлялись политическому лоббированию. Мы принимаем во внимание предложения исследователей, но мы используем нашу собственную оценку. Один исследователь был непреклонен, категорически утверждая, что черта бедности должна составлять 1,9149 доллара США. Я полагаю, что последние три цифры были несколько излишними.