3

Упущенный шанс Роухани

СТАМБУЛ – Полный обаяния напор иранского президента Хасана Роухани иссяк. Он хорошо выступил на Генеральной Ассамблее ООН в сентябре прошлого года, когда мог предложить что-то солидное – соглашение, касающееся ядерной программы его страны – обнадеживая, что внешнеполитическая позиция Ирана, не склонная к компромиссу, наконец, смягчится. Но отзыв Генеральным секретарем ООН Пан Ги Муном приглашения Ирану принять участие в конференции Женева II по вопросам Сирии подсказывает, что Роухани понадобиться нечто большее, чем шарм, – или даже визит турецкого премьер-министра Реджепа Тайипа Эрдогана в Тегеран – чтобы покончить с изоляцией его страны.

Роухани, в большей степени, успешен в том, чтобы оставить в прошлом стиль руководства своего предшественника Махмуда Ахмадинежада, который отличался особой неуступчивостью. Иранские правящие круги поддержали его попытки сделать страну открытой для ее региональных соседей, привлечь иностранные инвестиции, призвать к сдержанности в религиозных и культурных делах, а также добиться ядерного соглашения с Западом.

На самом деле, ядерное соглашение – которое, кажется, близко к заключению – является, возможно, самым важных иранским дипломатическим достижением со времен Исламской революции 1979 года, принося облегчение и внутри страны, и на международном уровне. А тот факт, что Верховный правитель Аятолла Али Хаменеи лично поддержал эти стремления, делает его даже более обещающим.

Тем не менее, возможное установление добрых отношений между Ираном и США остается источником беспокойства на Ближнем Востоке, потому что постепенный уход США из региона сразу дает Ирану серьезные полномочия. Вопрос заключается в том, будет ли сдержанность Роухани по отношению к Западу сопровождаться изменениями в ближневосточном политическом курсе Ирана, в частности всех интересует его политика в отношении Сирии.