0

Невыполненные обещания данные сирийским детям

ЛОНДОН – Если вы когда-либо потеряете веру в силу надежды, не говоря уже о важности никогда не сдаваться, напомните себе историю Мохаммеда Коша. 16-летний сирийский беженец, живущий в Ливане, Мохаммед преодолел препятствия, которые большинство из нас даже не может себе представить, для того, чтобы преуспеть в своем образовании. Мировым лидерам следовало бы принять это к сведению.

Четыре года назад, Мохаммед и его семья покинули свой дом в городе Дарья, пригороде Дамаска, чтобы спастись от продолжающихся беспощадных бомбардировок сирийских вооруженных сил. Пропустив год начальной школы в своем родном городе, где просто было слишком опасно ходить в школу, он потерял после этого еще один учебный год, пока его семья не перебралась в Ливан, где они проживают в настоящее время.

Chicago Pollution

Climate Change in the Trumpocene Age

Bo Lidegaard argues that the US president-elect’s ability to derail global progress toward a green economy is more limited than many believe.

Жизнь Мохаммеда изменилась, когда правительство Ливана открыло двери государственных школ страны для беженцев. Классы были не только переполнены; уроки в них проводились на английском языке, а это означало, что ему придется выучить новый язык. Но Мохаммед воспользовался возможностью учиться, и окунулся в свое обучение. В прошлом месяце, несмотря на все трудности, он получил вторую наивысшую оценку на экзамене на получение Свидетельства средней школы Ливана. И он на этом не останавливается.

Мохаммед знает, что образование является ключом к построению лучшего будущего. Он говорит, что “обучение дает нам надежду”. Если бы только мировые лидеры обладали хоть частью его мудрости.

Были некоторые обнадеживающие сигналы. На февральской встрече в Лондоне, международные доноры признали важность образования для беженцев, пообещав, что все дети-беженцы из Сирии к концу 2017 года пойдут в школу. Они даже пообещали $ 1,4 млрд для достижения этой цели.

Это было амбициозное обещание данное группе особо уязвимых детей. На сегодняшний день около одного миллиона сирийских детей-беженцев в возрасте 5-17 лет – примерно половина от общего количества – не посещают школу. И большинство из тех, кто учится, бросит школу прежде, чем начнет свое среднее образование. В рамках только одного поколения начальной школы, Сирия испытала то, что может стать величайшим образовательным регрессом в истории. В настоящее время, показатель детей зачисленных в школу по стране, значительно ниже среднего регионального показателя стран Черной Африки.

Но сегодня, всего шесть месяцев спустя, обещанное образование для всех беженцев вот-вот будет нарушено, разбивая надежды миллионов сирийцев. В этом году было профинансировано только 39% из $662 миллионов срочной помощи в образование, затребованных гуманитарными агентствами Организации Объединенных Наций. И, как описано в докладе Theirworld, опубликованном сегодня, была направлена только часть из обещанного в Лондоне $1,4 млрд.

Поскольку международное сообщество уклоняется от выполнения своих обязательств, соседи Сирии продолжают совершать экстраординарные усилия по преодолению кризиса. Ливан, Иордания, и (в меньшей степени) Турция открыли свои государственные школы для сирийских беженцев.

Но системы образования этих стран, имевшие проблемы еще до кризиса, не могут справиться с бременем, свалившимся на их плечи. В настоящее время, сирийские беженцы составляют одну треть всех учащихся государственных школ Ливии. Это, как если бы Американской системе начальной школы, вдруг пришлось бы поглотить всех детей из Мексики. Это не просто нехватка учителей, классов или учебников для предоставления достойного образования детям-беженцам.

Февральская конференция должна была разработать решения, которые бы облегчили нагрузку на соседей Сирии. Правительства принимающих стран сделали свое дело, подготовив заранее свои планы по предоставлению всеобщего обучения детям-беженцам. Затем, они работали с донорами над разработкой комплексных стратегий по охвату всех детей, не посещающих школу, и повышению качества образования.

Тем не менее, с международным сообществом, не сумевшим выполнить до конца сделку, прогресс не только застопорился; он может быть обращен вспять. Более 80.000 Сирийских беженцев, посещающих сейчас школы в Ливане, рискуют потерять свои места.

Гуманитарные последствия образовательного кризиса среди сирийских беженцев невозможно не заметить. Они проявляются в растущей армии работающих детей, собирающих овощи в долине Бекаа, в Ливане, или работающих на швейных фабриках в Турции, где полмиллиона беженцев не посещает школу. Они, также, находят свое отражение в постоянном потоке семей беженцев, проделывающих рискованный путь в Европу, движимые надеждой, что их дети будут иметь возможности получить там образование. Тем не менее, многие Европейские правительства продолжают вкладывать средства в колючую проволоку и содержание центров для беженцев, а не в школы и учителей.

Альтернатива существует – но часы тикают. В следующем месяце, ООН и Соединенные Штаты проведут очередной раунд встреч на высшем уровне по проблемам беженцев. На этот раз, правительства могут оставить дома свои повторяющиеся обещания и пьянящую риторику; вместо этого, они должны привезти с собой конкретные планы по предоставлению уже обещанного $1,4 млрд.

Международное сообщество, также должно пересмотреть то, как предоставляется помощь. Сирийский кризис не закончится в ближайшее время. Вместо того, чтобы предоставлять помощь через ненадежные, недофинансируемые ежегодные гуманитарные призывы, донорам необходимо обеспечить предсказуемое многолетнее финансирование, как сделало Соединенное Королевство. В целом, Европейский союз и Всемирный банк должны расширить и активизировать свою поддержку образования.

Fake news or real views Learn More

Несомненно, большее финансирование в образование со стороны доноров является лишь частью уравнения. Однако, существует много чего, что правительства принимающих стран, на которые ложится слишком большая нагрузка, могут и должны сделать. Во-первых, они должны работать над преодолением языковых барьеров, с которыми сталкиваются Сирийские дети. Они, также, могли бы устранить хроническую проблему нехватки учителей путем целесообразного набора на работу сирийских учителей-беженцев. Прежде всего, принимающие правительства могли бы помочь беженцам стать более защищенными и самостоятельными, главным образом, путем повышения их правового статуса и расширением права на труд.

В конечном счете, реальный ответ на образовательный кризис беженцев должен предусматривать более справедливый подход к распределению бремени. Прежде чем отправиться на беговую дорожку саммита ООН в следующем месяце, правительства должны пересмотреть обещания, данные ими на конференции в Лондоне. И они должны вспомнить изречение Нельсона Манделы: “Никогда нельзя нарушать данные детям обещания”.