0

Эвтаназия – от «Следует ли нам это делать?» до «Кто должен это делать?»

В прошлом намеренное приближение смерти любого человека всегда считалось преступлением, независимо от обстоятельств. Но отношение общества к этому с тех пор изменилось. Оказание помощи человеку, который настойчиво требует, чтобы ему помогли умереть, все больше считается оправданным действием, особенно если рассматривать это в контексте смертельных заболеваний. Этот факт постоянно отражается в проводимых в европеизированных странах опросах общественного мнения.

Однако законодательные органы все еще проявляют осторожность в отношении возможных изменений в законодательстве на этот счет. До сих пор только в Голландии, Бельгии и штате Орегон США такие недвусмысленные законы были введены в действие. Но серьезные политические дискуссии о внесении подобных изменений в закон идут сейчас во многих странах, включая США, Южную Африку и Австралию.

Erdogan

Whither Turkey?

Sinan Ülgen engages the views of Carl Bildt, Dani Rodrik, Marietje Schaake, and others on the future of one of the world’s most strategically important countries in the aftermath of July’s failed coup.

И по мере того, как жесткая оппозиция к регулируемой законом эвтаназии слабеет, на передний план выходит вопрос фактической применимости. Конечно же, существует вопрос относительно того, кто может рассчитывать на эвтаназию. Должно ли это быть только в случае смертельных заболеваний? Или же, например, это допустимо на ранних стадиях болезни Альцгеймера? Или же это может применяться в случае любых серьезных и неизлечимых заболеваний или инвалидности? И как быть с людьми, у которых желание умереть, совсем не связано с их медицинским состоянием?

Существует также еще один центральный вопрос, которому до сих пор не уделялось того внимания, которого он заслуживает: кто в действительности должен взять на себя ответственность за эвтаназию? В идущих в обществе дискуссиях очень часто в качестве предположения выдвигается мнение о том, что это задача медицинских работников. Иногда указывают на существующую в Голландии практику, согласно которой врачи имеют возможность оборвать жизнь своих пациентов, если те очень на этом настаивают, но в том случае, когда существуют определенные предварительные условия для выполнения этих действий. Эвтаназия, которая выполняется не медиками, до сих пор остается вне закона. В такой, заключенной в медицинские рамки структуре, с моральной и законной точки зрения практически не имее�� значения, кто в конечном итоге дает летальный препарат: если в этом участвуют врачи, то нет никаких причин для того, почему они не должны выдавать вызывающий смерть препарат сами.

Хотя в Бельгии в последнее время пошли по голландскому пути в отношении регулирования добровольно требуемой эвтаназии, которая должна проводиться в жестких медицинских рамках, однако именно этот закон в настоящее время все больше ставится под сомнение. Врачи говорили, в тоже время осознавая, что все большая часть населения желает, чтобы такая услуга предоставлялась, что преднамеренное ускорение смерти все еще по своей природе не совместимо с основными целями медицины.

В этом отношении большой интерес представляет существующий в штате Орегон «Закон о смерти с достоинством». Естественно, любой законодательный акт в этой области требует, по крайней мере, некоторого участия врача, но в законе штата Орегона отображена фундаментальная дилемма, которая встает перед врачами, которые сталкиваются лицом к лицу с просьбой пациента умереть и своим стремлением участвовать в этом в минимальной степени.

Врачи в штате Орегон могут выписать рецепт на летальный препарат по настойчивой просьбе пациента, страдающего от смертельного заболевания, в том случае, если они могут подтвердить летальный прогноз и способность пациента осознанно принимать решения, а также проинформировав пациента о существующих альтернативах, таких как уход в хосписе или средства, которые помогут ему справиться с болью. От врачей не требуется присутствовать при суициде, и им не позволяется выдавать пациенту летальный препарат.

В Орегоне пациент принимает решение о том, где и когда он должен умереть и хочет он этого вообще независимо от врача. «Сострадание в смерти» - общество, которое борется за право на эвтаназию, и общественные организации немедицинского профиля участвуют в качестве консультантов в большинстве таких случаев.

Что интересно, исследования доводов людей, которые хотели на законном основании ускорить свою смерть в соответствии с «Законом о смерти с достоинством» штата Орегон, показывают, что их страх перед болью и другими причиняющими страдания симптомами не являлся основной проблемой в большинстве случаев. Вместо этого, проблемы личной независимости, сохранения контроля над собой и желание не становиться обузой для семьи, друзей или для тех, кто осуществляет за ними уход, оказывались основными причинами их решений.

Проведенные недавно в Голландии исследования также показали, что эвтаназия больше обсуждается в контексте автономии, контроля и рационального выбора, а не в контексте неконтролируемых медицинских симптомов. Решение в большинстве таких случаев основывается главным образом на соображениях личного и социального плана, а не на медицинских аспектах.

Поскольку такая структура распространяется значительно дальше любой медицинской практики, нет ничего удивительного в том, что ни одна из медицинских ассоциаций во всем мире до сих пор не приняла существующих в Голландии законов. И в то время как Голландская медицинская ассоциация не сопротивляется участию ее профессионалов в практике эвтаназии, существующее в настоящее время свидетельство указывает на продолжающее нежелание части голландских врачей представлять отчеты о случаях эвтаназии властям и их возврату к практике, которая стоит ближе к медицине, такой, например, как предоставление обезболивающих препаратов в случае смертельных заболеваний.

Support Project Syndicate’s mission

Project Syndicate needs your help to provide readers everywhere equal access to the ideas and debates shaping their lives.

Learn more

Таким образом, в настоящее время повсюду существует значительное напряжение между тем, как публика и врачи относятся к возможным контрактам в области эвтаназии. То, что происходит в настоящий момент, может быть описано как силовая борьба относительно того, кто будет нести ответственность за оказание этой услуги, существования которой начинает желать все больше и больше людей, когда никакой профессиональный опыт не может в полной мере гарантировать принятие абсолютно правильного решения. В то же самое время любое ошибочное решение имеет далеко идущие и необратимые последствия.

Как уже было сказано, эвтаназия является поворотной точкой в дискуссии о том, что же такое хорошая смерть; это также основной момент в отношениях между медиками и обществом в целом.