2

Медицина как социальная наука

ДАВОС – Когда я был студентом-медиком в средине 1980-х, я заразился малярией в Папуа – Новой Гвинее. Это был печальный опыт. Голова раскалывалась. Температура подскочила. Я очень ослаб. Но я принял лекарство и выздоровел. Опыт был неприятным, но благодаря дешевым, эффективным лекарствам от малярии, опасность оказалась небольшой.

Излечившее меня тогда лекарство – таблетки хлорохина – больше не действует. Даже  когда я их принимал, паразиты, вызывающие малярию, уже выработали устойчивость к хлорохину в большинстве стран мира; Папуа – Новая Гвинея была одним из последних мест на Земле, где таблетки сохраняли эффективность, но даже там они теряли свой потенциал. Сегодня хлорохин практически исчез из нашего медицинского арсенала.

Aleppo

A World Besieged

From Aleppo and North Korea to the European Commission and the Federal Reserve, the global order’s fracture points continue to deepen. Nina Khrushcheva, Stephen Roach, Nasser Saidi, and others assess the most important risks.

Растущая способность патогенов сопротивляться антибиотикам и другим противомикробным препаратам ведет к величайшему кризису, который надвигается на современное здравоохранение. Это кризис, который невозможно преодолеть с помощью одной лишь науки.

И другие фармацевтические препараты следуют по пути хлорохина. Устойчивые ко многим лекарствам штаммы туберкулеза, кишечной палочки, сальмонеллы стали повсеместным явлением. Большинство видов гонореи неизлечимо. Быстро распространяются супербактерии, например, метициллин-резистентный стафилококк (Staphylococcus aureus, MRSA) и Clostridium difficile. В Индии устойчивые к антибиотикам инфекции убили более 58 000 новорожденных в 2013 году.

В наши дни малярию часто лечат комбинацией артемизинина (лекарства, созданного на основе китайского растения) и  других антималярийных препаратов. Но эти революционные средства могут устареть так же, как и хлорохин: устойчивые к ним штаммы малярии задокументированы в Юго-Восточной Азии.

Это не просто медицинская проблема. Это потенциальная экономическая катастрофа. По расчетам Комиссии по оценке устойчивости к противомикробным препаратам, которую возглавляет экономист Джим О’Нил, при сохранении нынешних тенденций резистентные к лекарствам инфекции убьют десять миллионов человек к 2050 году и обойдутся мировой экономике примерно в $100 трлн в ближайшие 35 лет.

Но даже этот впечатляющий прогноз может оказаться существенно заниженным, поскольку он включает только прямой ущерб человеческим жизням и достатку, которые могут унести инфекции. Многие другие аспекты современного здравоохранения также зависят от антибиотиков. Получающие химиотерапию больные раком принимают антибиотики, чтобы подавить бактерии, которые в противном случае могут сокрушить их ослабленную иммунную систему. Многие хирургические операции, считающиеся сейчас рутинными, например, кесарево сечение или замена суставов, можно безопасно проводить лишь при условии, что антибиотики предотвращают возможные инфекции.

Причиной возникновения устойчивости к лекарствам является хорошо известный механизм эволюции. Если патогены подвергают избирательному воздействию токсичных препаратов, они со временем адаптируются. Wellcome Trust, который я возглавляю, инвестировал сотни миллионов долларов в исследование этих механизмов, повысив качество диагностики и создав новые лекарства.

Для эффективного решения данной проблемы мы должны распространить наши усилия за пределы царства биологической науки в сферы, которые обычно не связывают с медициной. И в богатых, и в бедных странах мы стали систематически злоупотреблять антибиотиками. Ключом к успешной борьбе с резистентностью патогенов является снижение темпов их адаптации. Но слишком часто выписывая антибиотики, или не завершая полностью назначенный курс лечения, мы лишь подвергаем микробы такому воздействию препаратов, которого достаточно для выработки устойчивости к ним. В итоге, мы делаем микробам прививку против лекарств, которые хотим использовать против них же.

Причина в том, что мы стали относится к антибиотикам как к обычным товарам народного потребления – мы требуем их от врачей, мы решаем, когда начинать и прекращать их принимать. Даже самые информированные больные злоупотребляют этими чудесными препаратами. По данным исследования, проведенного в Великобритании, даже те люди, которые понимают, как вырабатывается устойчивость к антибиотикам, часто усугубляют проблему, принимая антибиотики без рецепта или передавая свои лекарства членам семьи.

Для изменения этого разрушительного поведения потребуется лучшее понимание социальных и культурных факторов, вызывающих его. На помощь могут прийти такие дисциплины, как история, психология, социология, антропология, экономика, исследования рынка, социальный маркетинг.

Это касается не только проблемы устойчивости к противомикробным препаратам, но и вспышек заболеваний, например, эпидемии Эбола. Для борьбы с вирусом необходимы знания о его биологии, эпидемиологии и путях передачи, о лекарствах и вакцинах, которые потенциально можно против него применить. Но также нужно понимать модели поведения, которые позволили инфекции распространиться в Либерии, Сьерра-Леоне и Гвинее.

Support Project Syndicate’s mission

Project Syndicate needs your help to provide readers everywhere equal access to the ideas and debates shaping their lives.

Learn more

Объяснить, почему данные общества оказались так уязвимы, можно, лишь изучив недавнюю историю региона, и поняв, почему люди там настолько глубоко не доверяют властям. Изоляция больных и безопасное проведение похорон умерших – критически важны для сдерживания Эболы, но и то, и другое нужно вводить с уважением к культурным особенностям, не ограничиваясь одними научными разъяснениями.

Сегодняшние серьезные угрозы здравоохранению имеют глубокие экономические последствия. Для минимизации рисков, которые они создают, следует признать, что эти угрозы тесно вплетены в социальный, поведенческий и культурный ландшафт. Наука предоставляет мощные инструменты. Но нам нужна не только наука, чтобы пользоваться этими инструментами эффективно.