0

Все дети королевы

НЬЮ-ЙОРК. Остались ли у монархии – конституционной монархии, т.е. недеспотичного типа, ‑ какие-либо характеристики, чтобы можно было настаивать на ее сохранении и возрождении? Нецелесообразно в условия демократии оказывать уважение людям исключительно на основании их происхождения. Предполагается ли, что мы должны восторгаться и любить современные монархии, такими как английская монархия династии Виндзоров, еще больше сегодня лишь за то, что некоторые из новых принцесс были «выдернуты» из среднего класса?

Монархия имеет эффект инфантильности. Посмотрите, как здравомыслящие при других обстоятельствах взрослые превращаются в нервно улыбающихся льстецов, после того как они получают привилегию коснуться протянутой королевской руки. Во время грандиозных показных монархических мероприятий, таких как королевская свадьба в Лондоне, миллионы были увлечены детской мечтой «сказочной» свадьбы. Загадочность безмерного богатства, благородное происхождение и выдающаяся исключительность еще более поддерживаются глобальными средствами массовой информации, освещающими такие ритуалы.

Chicago Pollution

Climate Change in the Trumpocene Age

Bo Lidegaard argues that the US president-elect’s ability to derail global progress toward a green economy is more limited than many believe.

В настоящее время можно доказывать, что воздание почести величию Королевы Елизаветы II предпочтительнее по сравнению с дешевой грандиозностью Сильвио Берлускони, Мадонны или Криштиану Роналдо. Фактически, британская монархия, в частности, переделывает себя, принимая большое количество наиболее вульгарных черт современного шоу-бизнеса или спортивных знаменитостей. Очень часто миры королевской власти и популярной славы перекрывают друг друга.

Например, Дэвид Бэкхем и его жена Виктория, бывшая поп-звезда, живут своей собственной мечтой о королевской жизни, подражая ее самым безвкусным аспектам. Они тоже оказались среди известных гостей недавней королевской свадьбы. Аналогичным образом, несмотря на то что в Великобритании есть большое количество выдающихся музыкантов, придворным из числа знаменитостей выбран Элтон Джон.

Инфантильно или нет, простой гражданин страстно желает получить «заимствованное» удовольствие от жизни королей, королев и других «сияющих» звезд. Призвать этих людей к показному проявлению ненужной экстравагантности означает не увидеть самого главного, что мир блестящих мечтаний, который должен оставаться в полной недосягаемости для нас, является именно тем, что хочет увидеть большое количество людей.

Но у этого страстного желания есть еще одна, темная сторона, это желание увидеть идолов, облитых грязью в порочных журналах слухов, на бракоразводном процессе в суде. Это мстительная сторона нашего прислуживания, как будто оскорбление культовых идолов должно быть уравновешено нашей радостью от их падения.

Фактически, обязанность людей, родившихся в королевских семьях, или людей, вступающих в брак с их представителями, ‑ быть постоянно на виду, как актеры и актрисы в непрекращающихся «мыльных» операх, где человеческие отношения искажены абсурдными правилами протокола, ‑ является ужасной формой жестокости. Правящая японская императрица и ее невестка, обе из неаристократических семей, в результате этого перенесли нервные срывы.

Точно также, многие кинозвезды стали жертвами алкоголя, наркотиков, нервных потрясений, но они сами выбрали образ жизни, которым живут. Короли и королевы, в целом, не делали этого. Принц Чарльз мог бы чувствовать себя намного счастливее, если бы он был садовником, но у него такого выбора никогда не было.

В пользу монархов можно сказать одно ‑ они обеспечивают людей чувством преемственности, которое может быть полезно во времена кризиса или радикальных изменений. Король Испании обеспечивал стабильность и преемственность по окончании диктатуры Франко. Во время второй мировой войны европейские монархи сохраняли чувство надежды и единства в своих государствах, оккупированных нацистами.

Однако есть и еще кое-что. Монархии очень часто пользуются популярностью у нацменьшинств. Евреи были самыми лояльными подданными Австро-венгерского императора. Франц Иосиф I защитил своих еврейских подданных, когда над ними нависла угроза немецких антисемитов. Для него евреи, немцы, чехи или венгры – все были подданными, независимо от того, где они жили, от маленьких галисийских местечек (штетлей) до крупных столиц Будапешта или Вены. Это тоже обеспечивало защиту для меньшинства во времена нарастающего этнического национализма.

В этом отношении монархия немного похожа на ислам или католическую церковь: все верующие должны быть равны в глазах Господа, Папы или императора ‑ отсюда и отношение к бедным и обособленным.

Этим можно объяснить враждебность некоторых правых популистов по отношению к монархии. Лидер голландских популистов Геерт Вильдерс, например, обвинял королеву Беатрикс на нескольких мероприятиях, как сторонницу левых, элитарности, и мультикультурализма. Как и новая волна популистов по всему миру, Вильдерс обещал своим последователям вернуть стране прежний облик, остановить миграцию (особенно, мусульманскую) и сделать Нидерланды опять Голландией, что бы это ни означало.

Беатрикс, также как Франц Иосиф, отказывается разделять своих подданных по этническим или религиозным признакам. Именно это она имела в виду, говоря, что она молится за терпимость и взаимопонимание. Для Вильдерса и его сторонников это послужило знаком того, что она «нянчится» с иностранцами и потакает мусульманам. Для них королева кажется анти-голландской.

Fake news or real views Learn More

Несомненно, как и во всех европейских королевских семьях, происхождение голландской королевской семьи также носит смешанный характер. Появление королей и королев в качестве специальных национальных номинальных руководителей является относительно недавним историческим развитием событий. В конце концов, в империях проживает большое количество народов. Королева Виктория, в жилах которой, в основном, текла немецкая кровь, считала себя монархом не только исключительно бриттов, но также индийцев, малайцев и многих других народов.

Аристократическая традиция быть выше узких потоков этнического национализма может быть самым лучшим аргументом для того, чтобы монархия просуществовала еще немного дольше. Сегодня, когда большое количество европейских наций все более ассимилируются с точки зрения этнической и расовой принадлежности и культуры, единственным направлением для движения вперед является научиться жить вместе. Если монархи могут научить своих подданных делать это, то тогда давайте хотя бы один раз бурно поприветствуем оставшихся королей и королев.