7

Истоки евро-джихадизма

МАДРИД – Бельгийский историк Анри Пиренн объяснял рождение Европы как христианского континента в VIII веке её разрывом с исламом. Пиренн, наверное, и предположить не мог, что в Брюсселе возникнет мусульманское гетто и более того – центр джихадизма, в котором маргинальная, обозлённая мусульманская молодежь восстанет против Европы внутри её собственных границ.

Вариант развода сегодня не рассматривается. Но и вариант брака, в том виде, как его предлагает исламский учёный Тариком Рамаданом, тоже не приемлем. Рамадан, внук основателя движения «Братья-мусульмане» в Египте, является гражданином Швейцарии и резидентом в Великобритании. Он утверждает, что в европейскую систему надо вводить исламские идеалы и этику. В этом случае Европа станет не только терпима к исламу, но сделает его неотъемлемой частью самой себя.

Erdogan

Whither Turkey?

Sinan Ülgen engages the views of Carl Bildt, Dani Rodrik, Marietje Schaake, and others on the future of one of the world’s most strategically important countries in the aftermath of July’s failed coup.

Проблема с идеями Рамадана в том, что Европа является очень светским континентом, а её отношение к вопросам этики глубоко прогрессивно, нацелено на будущее. Напротив, исламские общества – крайне религиозны, они крепко увязли в прошлом. Когда исламисты начинают говорить о политической или социальной реформе, они обычно смотрят назад, надеясь возродить времена, когда ключевые европейские принципы – от гендерного равенства до гей-браков – ещё не признавались. Даже мусульмане, поддерживающие модернизацию ислама, обычно воздерживаются от обсуждения этических взглядов Европы.

Изъяны предлагаемого Рамаданом решения проблемы евро-джихадизма вызваны ошибками в его объяснениях этого феномена. Он связывает его, главным образом, с участием Европы в войнах на Ближнем Востоке, с её якобы сговором с Израилем против палестинцев и с поддержкой арабских автократических правителей. «Мы не можем, – пишет он, – поддерживать диктаторов…. молчать, когда убивают мирных граждан на наших южных границах, и надеяться на то, что несправедливость и унижения, которые мы провоцируем, останутся без ответа».

Но ведь это Соединённые Штаты начали войну в Ираке и Афганистане, оказывают безусловную поддержку Израилю и регулярно помогают арабским автократическим режимам. А Европа постоянно критикует эту политику, причём зачастую очень резко. Однако не Америка стала жертвой массового всплеска джихадистских настроений внутри своих границ.

Этому мог способствовать отказ президента США Барака Обамы от некоторых элементов данной политики. Например, когда начались восстания Арабской весны, он довольно быстро отказался поддерживать президента Туниса Зин эль-Абидин Бен Али и президента Египта Хосни Мубарака. Это позволило восставшим, вдохновляемым западной моделью демократии, сменить политический режим. Возвращение автократического правления в Египет в 2013 году после государственного переворота Абдель Фаттаха Эль-Сиси, без сомнения, не спонсировалось США или Европой – они поддерживали демократически избранных «Братьев-мусульман».

В последние годы Европа оказывала даже больше прямой помощи арабским странам. Если бы не европейское военное вмешательство, ливийцы всё еще жили бы под властью тирана Муаммара Каддафи. Да, Европа могла бы сделать больше – предотвратить последовавший хаос в Ливии. Однако это народ Ливии должен взять на себя ответственность за появление множества конкурирующих вооружённых формирований, которые отказываются объединиться ради спасения своей страны от полного коллапса.

Если говорить шире, то, несмотря на грубые политические ошибки Запада (а особенно США) в арабском мире в последние 50 лет, нельзя винить в катастрофе региона только внешние силы. Он стал результатом глубокого цивилизационного кризиса, который могут преодолеть только сами народы арабского мира.

Но если внешняя политика Европы не является причиной нынешнего хаоса в арабском мире, значит, она не может быть и причиной расцвета джихадизма внутри её границ. Реальная проблема у Европы внутри – это катастрофический дефицит эффективной политики, связанной с социальной справедливостью, образованием, жильём и рабочими местами для молодых европейских мусульман. Маргинализация порождает фрустрацию, которая затем нарастает из-за расширяющейся исламофобии и подъёма ультра-правых движений по всему континенту.

Эту связь подтверждает тот факт, что у большинства европейских джихадистов бедное происхождение. Они не особенно сведущи в истинном учении ислама, у них нет возможности улучшить свою жизнь, и они становятся лёгкой добычей для экстремистов. Джихадизм, с его ощущением абсолютной уверенности и великой миссии, даёт им почувствовать смысл жизни, гордость, идентичность, не говоря уже о приключениях, – это отдушина для их гнева против «родного дома», который всего этого им не даёт.

История мусульман в Америке позволяет лучше понять масштабы европейских неудач. Как и большинство американцев, мусульмане в США, так или иначе, верят в «американскую мечту». В основном они принадлежат к среднему классу и, несмотря на все разговоры о росте экономического неравенства, не отказываются от убеждения, что в США упорный труд и инициатива вознаграждаются.

Америка – это страна иммигрантов, её динамичная экономика даёт возможность приезжим вновь и вновь достигать больших успехов. Напротив, в Европе улучшение социального положения всегда было трудной задачей, а в период экономической стагнации и ошеломляюще высокой безработицы она легче не становится.

Support Project Syndicate’s mission

Project Syndicate needs your help to provide readers everywhere equal access to the ideas and debates shaping their lives.

Learn more

В социальном плане Америка также предлагает мусульманам нечто, чего у Европы нет. Культура США является в своей основе религиозной, и это помогает мусульманам сохранять собственную идентичность лучше, чем в светской Европе. Базовые ценности Америки – персональная ответственность и конституционный патриотизм – мусульманам усвоить легче, чем агрессивно светский бренд либерализма в Европе. В итоге, мусульманам становится легче интегрироваться и ассимилироваться в Америке.

Всё это приводит к мысли, что Европе следует заняться своими внутренними проблемами, чтобы эффективно справиться с доморощенным джихадизмом. Это не означает, что Европе надо отказаться от своего светского характера, а тем более либеральных идеалов. Европа нужно вдохнуть жизнь в собственную «Европейскую мечту», гарантировать, что у каждого есть доступ к реальным шансам улучшить свою жизнь. В противном случае, Европе придётся иметь дело с потерянным поколением миллионов юных европейцев – как мусульман, так и всех остальных.