0

Черно-белый вопрос

НЬЮ-ЙОРК – 16 июля после обеда двое мужчин, судя по всему, пытались проникнуть в прекрасный дом в дорогом районе Кембриджа в штате Массачусетс. Поднятый по тревоге телефонным звонком, на место происшествия быстро прибыл полицейский. Он увидел одного черного мужчину внутри дома и попросил его выйти. Мужчина отказался. Тогда от него потребовали назвать себя. Мужчина, который все еще отказывался выйти, сказал, что он профессор Гарвардского Университета, показал свое удостоверение личности и сказал полицейскому не связываться с ним. Он сказал что-то о том, как в Америке выделяют черных мужчин, и попросил полицейского, который был белым, показать его служебное удостоверение. Полицейский, к которому присоединилось несколько его коллег, арестовал профессора за нарушение общественного порядка.

Теперь мы знаем, что профессор взломал дверь в свой собственный дом с помощью своего шофера, потому что замок заклинило.

Chicago Pollution

Climate Change in the Trumpocene Age

Bo Lidegaard argues that the US president-elect’s ability to derail global progress toward a green economy is more limited than many believe.

Что здесь необычного – так это не произвол полицейского. Большинство людей в США знает, что если пререкаться с полицией, то они очень быстро разозлятся. Тот факт, что человек был черным, мог (или не мог) подтолкнуть полицейского надеть на него наручники быстрее, чем он обычно это делал. Это тоже не было бы необычным.

Но что сделало этот случай особенным – это то, что Генри Луис Гейтс является одним из самых прославленных профессоров в стране, известных своими книгами, статьями и многочисленными телевизионными выступлениями. Он – важная персона, первое лицо в научном мире и СМИ, друг президента Барака Обамы. Именно поэтому он предупредил полицейского, сержанта Джеймса Кроули, ветерана Кембриджской полиции, не связываться с ним.

В США класс и раса частично наслаиваются друг на друга. В этом случае их невозможно разделить. Гейтс, глубоко знающий человек, безусловно специалист в области ужасной истории расовых отношений в своей стране, инстинктивно предположил, что он был жертвой предубеждения. С его слов кажется, что он в равной степени почувствовал отсутствие надлежащего уважения из-за своего статуса заслуженного профессора Гарварда и знаменитости. Как он сказал своей дочери в интервью, опубликованном в Интернете: “[Кроули] должен был убраться оттуда и сказать: «Извините, сэр, удачи Вам! Я поклонник ваших [телевизионных] передач – мы с Вами свяжемся позже!’”

Увы, сержант Кроули никогда не слышал о профессоре Гейтсе. Будучи местным, чьи братья все служили в полиции, спортивным болельщиком и тренером-любителем по баскетболу, Кроули не вращался в тех же самых социальных кругах, что и Гейтс.

Как это всегда происходит, обвинения были сняты в установленном порядке, и на этом все бы и закончилось, если бы президент Обама, уставший и расстроенный после недель борьбы з�� свой счет за услуги здравоохранения, не вмешался от имени своего "друга Гейтса" и не назвал полицию "тупой". И он, и Гейтс потом говорили о том, чтобы "извлечь урок" из этого инцидента. Гейтс, возможно, даже планировал телевизионный документальный фильм о выделении по расовому признаку.

Одно следует уяснить, если мы еще этого не знаем – насколько близко к поверхности американской жизни находится расовая чувствительность, несмотря на избрание черного президента. Сложности черного гнева, белой вины, а также черного и белого страха являются настолько спорными, что большинство американцев предпочитает вообще не говорить о расе. На этом поле слишком много мин. Одно из больших достижений Обамы – это то, что он превратил это в серьезную тему, благодаря великолепию и тонкости своего красноречия.

И еще много о чем можно говорить: об абсурдно непропорциональном количестве черных людей в американских тюрьмах; отсутствии образовательных возможностей в бедных, главным образом, черных районах; ужасной системе здравоохранения; и настоящей жестокости, которую применяют полицейские в отношении чернокожих, у которых нет привилегии предъявить удостоверение личности профессора Гарварда. Возможно это правда, что многих белых полицейских, даже если они обучены избегать выделения по расовому признаку, как сержант Кроули, нужно убеждать в том, что черный человек может быть у себя дома в одном из самых красивых домов Кембриджа или любого другого американского города.

Но неужели дело Гейтся – это правильный способ начать дикуссии? Можно утверждать, что это так . Если не профессор Гейтс, то кто? Вот именно, потому что он – важная персона, он может привлечь национальное внимание к серьезной проблеме. Если бы то же самое произошло с неизвестным человеком в Гарлеме или каком-то другом бедном или преимущественно черном районе, то никто бы никогда об этом не услышал. Тот факт, что это произошло с профессором в Кембридже, заставляет каждого притихнуть и прислушаться.

Fake news or real views Learn More

Однако, есть опасность, что это окажет неблагоприятное воздействие на необходимые национальные дискуссии о расе. За то, что он раздул из относительно незначительного происшествия слона, Гейтса можно обвинить в том, что он превращает в банальность гораздо худшие случаи плохого обращения.

Действительно, мы даже не знаем наверняка, было ли это таким случаем. Кроули никогда не упоминал о цвете кожи Гейтса. Не было никакого насилия. Были только чрезмерно натянутые нервы и гиперчувствительность к намекам на непочтительность со стороны профессора и полицейского. Возмущение из-за профессора, с которым лучше не связываться – это не лучший способ для обсуждения тяжелого положения многочисленных бедных анонимных людей, которых большинство из нас с легкостью игнорируют.