Friday, October 24, 2014
0

Реальность виртуальной власти

ДАВОС. По мере того как арабские режимы борются с демонстрациями, которые подпитываются Твиттером и Аль-Джазирой, а американские дипломаты пытаются понять влияние «Wikileaks», становится ясно, что этот век глобальной информации потребует более глубокого понимания того, как власть работает в мировой политике.

Это является аргументом моей новой книги «Будущее власти». В этом веке передача власти осуществляется по двум моделям – переход власти и распространение власти. Переход власти от одного доминирующего государства к другому – это уже знакомая историческая картина, но распространение власти – это более новый процесс. Проблема всех государств сегодня заключается в том, что все больше событий происходит вне контроля даже самых мощных из них.

Что касается перехода власти, большое внимание сегодня уделяется предполагаемому упадку Америки, часто с кажущимися историческими аналогиями с Великобританией и Римом. Однако Рим доминировал на протяжении более трех столетий после апогея своей власти, и даже тогда он не стал жертвой роста другого государства, а потерпел крах от тысяч ран, нанесенных варварскими племенами.

В действительности, при всех модных прогнозах, что Китай, Индия или Бразилия обгонят США в ближайшие десятилетия, наибольшая угроза может исходить от современных варваров и негосударственных субъектов. В информационном мире кибер-незащищенности распространение власти может представлять большую угрозу, чем переход власти.

Что будет означать обладание властью в глобальном информационном веке двадцать первого столетия? Какие ресурсы будут обеспечивать власть?

Каждый век дает свои ответы. В шестнадцатом веке контроль над колониями и золотослитковый стандарт обеспечили преимущество Испании; Голландия семнадцатого века выиграла от торговли и финансов; Франция восемнадцатого века получила преимущество от своего более многочисленного населения и армии; а власть Великобритании девятнадцатого века основывалась на первенстве в промышленности и военно-морской мощи.

Общепринятые взгляды всегда сводились к тому, что доминирует государство, у которого самая крупная военная структура. Тем не менее, в век информации это может быть государство (или негосударственная структура), у которого лучшая победная история. Сегодня совсем не ясно, как измерять баланс сил и, тем более, как разрабатывать успешные стратегии выживания в этом новом мире.

Большинство современных прогнозов сдвига в глобальном балансе сил в первую очередь основаны на одном факторе: прогнозах роста ВВП. Таким образом, они игнорируют другие аспекты силы, в том числе жесткую военную мощь и мягкую силу как способность убеждать, не говоря уже о трудностях политики объединения их в успешные стратегии.

США останутся доминирующим игроком на мировой арене, но они обнаружат, что сцена будет более тесной и трудно контролируемой. У гораздо большей части населения, чем раньше, есть доступ к власти, которая приходит с информацией.

Правительства были обеспокоены распространением и контролированием информации, и текущий период является не первым, который испытывает сильное влияние радикальных изменений в области информационных технологий. Что является новым – и что мы видим сегодня на Ближнем Востоке ‑ это скорость связи и технологическое увеличение возможностей более широкого спектра участников.

Текущий информационный век, который иногда называют «третьей индустриальной революцией», основывается на быстрых технологических достижениях в области компьютеров, коммуникаций и программного обеспечения, которые в свою очередь привели к резкому падению стоимости создания, обработки, передачи и поиска всех видов информации. А это значит, что мировая политика больше не может быть единственной компетенцией правительств.

По мере того как снижается стоимость компьютерных технологий и коммуникаций, также снижаются барьеры для входа. Частные лица и частные организации от корпораций и неправительственных организаций до террористов, таким образом, получили возможности играть непосредственную роль в мировой политике.

Распространение информации означает, что власть получит более широкое распространение, и неформальные сети подорвут монополию традиционной бюрократии. Ускоренный ход времени, обусловленный наличием Интернета, означает, что все правительства будут иметь меньше контроля над своими планами действий. У политических лидеров будет меньше степеней свободы, так как им придется быстро реагировать на события, и им придется конкурировать с растущим числом и разнообразием актеров для того, чтобы быть услышанными.

Мы наблюдаем это по мере того, как американские политики борются с сегодняшними волнениями на Ближнем Востоке. Падение тунисского режима имело глубокие внутренние корни, но скорости процессов застали тех, кто находился за пределами страны, включая правительство США, врасплох. Некоторые наблюдатели связывают ускорение революции с Твиттером и «Wikileaks».

По мере того как администрация Обамы разрабатывает политику в отношении Египта и Йемена, она сталкивается с дилеммой. В Йемене режим Али Абдаллы Салеха оказал важную помощь в борьбе с угрозой терроризма, связанного с Аль-Каидой. В Египте правление Хосни Мубарака помогло умерить израильско-палестинский конфликт и сбалансировало иранское влияние в регионе. Упрощенная передача демократии администрацией Джорджа У. Буша дорого обошлась, как в Ираке, так и секторе Газа, где выборы привели к созданию враждебного правительства под руководством Хамаса.

В век информации умная политика сочетает в себе твердую и мягкую силу. Учитывая то, чем являются США, администрация Обамы не может позволить себе пренебрегать мягкой силой нарративной демократии, свободы и открытости.

Таким образом, Обама и государственный секретарь США Хиллари Клинтон призвали как публично, так и в частном порядке, к проведению реформ и переменам в Египте и во всем арабском мире, одновременно призывая ограничить насилие со всех сторон. Кроме того, они поддержали свободу распространения информации перед лицом усилий египетского режима заблокировать доступ в Интернет.

Как будут развиваться события на Ближнем Востоке, остается только догадываться, но в сегодняшнем информационном веке, отстаивание свободы доступа к ней будет важным компонентом «умной» власти.

Hide Comments Hide Comments Read Comments (0)

Please login or register to post a comment

Featured