САНТЬЯГО – В 1986 году оппозиционного журналиста Хосе Карраско Тапиа вытащили из его дома в Сантьяго, Чили, солдаты одного из эскадронов смерти генерала Августа Пиночета. Ему выстрелили в затылок13 раз и бросили на кладбище вместе с огромным числом других латиноамериканских репортеров, зверски убитых за то, что они отважились говорить в 1970-х и 1980-х годах.

В то время похищения, пытки и убийства мертвой хваткой держали прессу Латинской Америки; стенография была намного более безопасным выбором для передачи новостей. После того как Латинская Америка прошла длинный путь к демократии, все больше репортеров выбирают проведение журналистских расследований, а не простое перепечатывание правительственных отчетов для прессы.

В особенности, акцентируясь на коррупции в правительстве, нападки храбрых журналистов стали похожи скорее на азартную игру, а не на призвание – и разозлили многих коррупционеров. Сегодня многие латиноамериканские правительства - в страхе перед тем, что СМИ выставят напоказ их правонарушения, - изменили тактику своего поведения, однако сохранили намерение ограничить свободу прессы.

Латиноамериканским журналистам сегодня не так сильно угрожают убийством, однако перед многими все еще стоит вереница препятствий, направленных на установление контроля над ними. За закрытыми дверями правительства оперируют финансовыми стимулами и рычагами власти для того, чтобы заставить замолчать критику в СМИ и склонить редакторов на свою сторону.

Без критики в прессе бесспорные достижения Латинской Америки на пути к настоящей демократии – созданию единого, обладающего правами гражданского населения, а также правительств, соблюдающих легитимные границы власти – будут поставлены под угрозу, несмотря на то, что формальные внешние атрибуты выборов станут более рутинными.

Поступают тревожные звонки о манипуляции прессой в регионе, начиная от властей Гондураса, которые блокируют телефонную связь с национальной радиостанцией, заканчивая чиновниками Аргентины, которые закрывают печатные издания. В различной степени местные и национальные чиновники в этих странах, а также Колумбии, Чили, Коста-Рике, Перу и Уругвае коллективно переписывают авторитарные сценарии.

Коррупционное давление правительственных денег стало даже более распространенным, чем косвенные репрессии. По всей Латинской Америке реклама, поступающая от общественного сектора, является критическим источником для финансового выживания газет и радиостанций, в особенности для местных изданий. В Колумбии процедура проста: журналисты, которые кормятся от дохода, получаемого от продажи рекламного пространства, на котором размещается реклама правительственных агентств, звонят чиновникам утром, чтобы получить их новости; далее, когда они должны попытаться продать рекламу тех же чиновников, они узнают настоящую цену независимого освещения новостей.

Подобным образом в 2004 году вышел декрет президента Коста-Рики о том, что его администрация прекращает размещение рекламы в ведущей ежедневной газете страны, в качестве ответной меры на критику. В 2006 и 2007 годах министр Перу по жилищным вопросам использовал правительственные договоры на рекламу, чтобы ограничить освещение его министерства и самого себя в национальных изданиях.

Некоторые правительства используют более прямые методы формирования желаемого освещения в прессе. В Гондурасе прямые правительственные выплаты журналистам являются обычным делом, в качестве минимальных или несуществующих зарплат репортеров. Некоторые чиновники даже требуют подписать контракты на поставку положительных новостей о действии правительства.

Во всем регионе правительственные чиновники закрывают тех, кого они считают проблематичными, и манипулируют процедурами, чтобы получить лицензии на вещание в пользу политических союзников или заставить умолкнуть независимые голоса. В результате самоцензура охлаждает порыв целых отделов новостей, а многие некоммерческие или альтернативные СМИ не получают доступ к эфиру.

Даже самые смелые хранят молчание, опасаясь угрозы закрытия их газеты или станции или риска, что репортерские выпуски больше не будут принадлежать им. Под угрозой находится разнообразие мнений и репортерское сообщество, которое начало укреплять традиционно уравновешенную и монополистическую информационную индустрию региона.

Картина не во всем мрачная, по иронии, сообщения о манипулировании новостями помогли подвигнуть политиков в некоторых странах создать лучшие и более осуществимые правила в этой области.

Шаги на пути к честным, конкурентным и прозрачным процедурам заключения контрактов в общественной сфере, а также служению обществу, а не политическому контролю над размещением правительственных фондов для рекламы, смогут достигнуть многого, особенно, наряду с хорошим освещением этого процесса, чтобы защитить СМИ от постоянных попыток чиновников контролировать то, что может узнать общество.

Карраско Тапиа погиб за свое видение критической оппозиционной журналистики. Ситуация станет трагичной, если те, кто все еще стремятся контролировать СМИ, победят, спрятав свою тактику за закрытыми дверями. Угроза, которую они представляют, может быть не такой существенной, но не менее губительной.