НЬЮ-ЙОРК: Политики Вашингтона обеспокоены проявлениями знаков того, что обширный структурный подъем деловой активности пяти последних лет подошел к концу: меньшие результаты прибыли, увеличение корпоративных задолженностей, относительное замедление инвестиций бизнеса в основной капитал, новые потребители и новые служащие. Если этот подъем закончился, структурный уровень безработицы - иначе называемый "естественный уровень" или Nairu – повысится до более нормального показателя, составляющего от 4.5 до 5%. Алан Гриспэн (Alan Greenspan), руководитель денежной политики Соединенных Штатов, может помочь, избегая недостатка денег, но он не может исправить эту структурную тенденцию.

Что должно быть сделано? Слухи в Вашингтоне предвещают отклонение от “прочных финансов” 1990-х годов– повышенных уровней налогов и еще более жесткого контроля над затратами, которые заменили дефицит бюджета на избыточные средства бюджета. Республиканцы предлагают массивное сокращение налогов, в то время как демократы отдают предпочтение пакету больших затрат и меньшему сокращению налогов при сохранении уровня бюджетных затрат без изменений. Любой из предлагаемых планов сделает большую дыру в прибавке текущего года. Будущие прибавки исчезнут к концу десятилетия, если не раньше.

Некоторые экономисты возражают. Мы согласны, что будут иметь место некоторые положительные результаты от действий как республиканцев, так и демократов. Анализ – и мой, и других исследователей – подтверждает, что изменения в уровне налога на индивидуальный доход (самая значительная часть плана президента Буша) на самом деле оказывает воздействие на структурную безработицу, а не только на платежные чеки чистой прибыли. Здравый смысл состоит в том, что сокращение налога на доход, в повышении уровней выплат после отчисления налогов, способствует стимулированию работников и руководителей, сокращая затраты и повышая прибыльность – в значительной часть потому, что компенсации на благосостояние рабочих практически избегают налогообложения на доход. Что стоит под вопросом, так это оправдание меры сокращения налогов на доход, с сопутствующими ей ухудшениями встречного воздействия и серьезными побочными эффектами.

Самый старый аргумент, приводимый против сокращения налога, восходит к нео-кейнсианцам 1950-х годов, которые рассматривали сокращение налогов как анти-рост. Урезание налога, стимулируя потребительский спрос больше, чем спрос на инвестиции, оттягивает ресурсы от производства основных неторговых товаров - заводов и офисов - к неторговым потребительским товарам (включая товары длительного пользования, такие как дома). Подобное отклонение ресурсов может только замедлить создание информационной экономики и рост производительности.

Другой аргумент против сокращения налога перекликается с точкой зрения парижских экономистов 1980-х годов. Предлагаемое сокращение налога будет способствовать росту доллара, и эта реальная оценка обменного курса заставит потребителей на американских предприятиях искать поставщиков за рубежом. В результате, большая часть иностранных сбережений примет форму чистого экспорта в Соединенные Штаты. Меньшая часть этих сбережений будет доступна для проведения внутреннего финансирования за рубежом. Не приходится ожидать, что правительство США подавит единственный в поколении подъем деловой активности для улучшения жизни за рубежом. Но его можно попросить удержаться от умышленного сокращения налога в пользу проведения инвестиций и содействия росту остальной части мира.

Оптимистическая посылка в аргументах сторонников сокращения состоит в том, что их урезание налога на доход будет настолько способствовать производительности и отсюда заработку, что вызовет незначительные потери в сборах налогов. В качестве первостепенного образца, поддерживающего их предположение, они приводят сокращение налога 1981 года, осуществленное Рональдом Рейганом (Ronald Reagan). Но выручка от сбора налогов была подкреплена драконовским закрытием лазеек бюджета. Конгресс не сможет на этот раз найти достаточное количество таких лазеек. Таким образом, сокращение налога наложит бремя на будущее или в виде сокращения коммунальных услуг с самого начала, или конечного значительного увеличения государственного долга (или значительного сокращения позиции чистых активов). Может быть, это бремя не является фатальным, но это должно сделать сокращение налога чувствительным к некоторым возражениям.

Серьезное возражение состоит в том, что в то время как бремя сокращения налога Буша продолжится навсегда, это не равносильно по отношению к его эффективности. С течением времени, изначальный эффект будет прогрессивно ослабевать, исчезнет структурный поворот к занятости, поскольку рабочие и управляющие станут более обеспеченными как следствие их более высоких зарплат после отчисления налогов. Команда Буша не может оправдать эту временную дилемму на том основании, что это структурное ухудшение является временным, потому что, как мы все знаем, будущее с той же вероятностью может ухудшиться, что и улучшиться.

Другое возражение состоит в том, что если коммунальные услуги (по отношению к национальному доходу) не должны уменьшаться, ставка налога должна рано или поздно стать выше, чем было бы установлено, для того, чтобы реагировать на увеличение государственного долга или сокращение позиции активов (по отношению к национальному доходу), которые станут следствием изменений. Без основания, президент Буш, кажется, предвидит будущее с уровнем ставки налога ниже, чем существующая сейчас, благодаря росту производительности - восхищение, которое достойно разделить сегодняшнее поколение. По расчетам экспертов, например, Лоренса Коликоффа (Laurence Kotlikoff), тем не менее, мы должны повысить ставки налогообложения - чем дольше мы ждем, тем выше - если правительство собирается соответствовать титулу "правительство, создающее шумиху вокруг младенцев", полученному от Социальной Службы, которая уйдет на пенсию через пару десятков лет. Ставка налога должна быть сегодня повышена для обеспечения лучшего руководства для домашних хозяйств о том, как много они в действительности могут позволить себе тратить.

Самая печальная вещь в экономической политике Буша состоит в том, что его политика возвращается к традиционному американскому желанию оставить страну в более успешном благосостоянии, чем она была до прихода к власти. В 1990-х мы выражали этот дух улучшений, мелиорации в политике установления уровней налогов, достаточно высоких для выплат по задолженностям правительства и для создания положения позитивных чистых активов - и возможности для сокращения налогов в будущем. В стремлении Вашингтона к крупным сокращениям налогов, даже расширению крупных затрат, заключается серьезный и тревожный поворот в экономической философии.