Unconventional Economic Wisdom
Новая расстановка приоритетов
Джозеф E. Стиглиц
|
|
|
|
2001-10-08
Хотя прошло уже несколько недель после совершения террористических атак на Нью-Йорк и Вашингтон американцы все еще продолжают испытывать чувство такой сильной тревоги, какой не испытывали со времен самых мрачных моментов холодной войны, таких как Кубинский ракетный кризис или блокада Берлина. Американская экономика уже почти наверняка перешла из состояния некоторого экономического спада в состояние полномасштабной рецессии. Американцы сейчас задумались о разумности своего одностороннего подхода во внешней политике.
Помимо этих изменений есть еще два других, которые могут оказаться такими же сильными по своим последствиям. Сейчас Америка в большей степени чувствует себя сообществом, и существует более сильное чувство социальной сплоченности, чем было все эти годы, даже десятилетия. На подходе также сильно запоздалый пересмотр роли правительства. Мы гордимся нашими пожарными и полицейскими, четко и глубоко осознаем проявленный ими героизм и готовность пожертвовать собой ради других. Растет ощущение того, что мы могли сбиться с пути, придавая слишком много значения собственной материальной выгоде и слишком мало – общим интересам.
Если оглянуться назад, то кое-что из того, что делали администрации Буша и Клинтона в подражание рыночным фундаменталистам по всему миру – правда, их заносило еще дальше – кажется совершенно абсурдным. Не было никакого смысла в «приватизации» такой жизненно важной сферы общественных интересов, как безопасность аэропортов. Низкие зарплаты, которые платили охранникам частных служб безопасности аэропортов, привели к высокой текучести кадров. Авиалинии и аэропорты, возможно, получили больше прибыли в короткие сроки, но они – и американский народ – в конечном счете, потеряли гораздо больше, как мы сейчас знаем к своему ужасу.
У министра финансов в администрации Буша Пола О’Нейла не было никаких оснований в пренебрежительной манере отказываться от заключенного в рамках Организации по экономическому сотрудничеству и развитию (OECD) соглашения по борьбе с отмыванием денег. И что бы ни говорил мистер О’Нейл, настоящие причины его отказа были ясны – защита финансовых интересов. Возникновение оффшорных банковских центров не было случайностью. Они существуют, поскольку Уолл-стрит и другие финансовые центры по всему миру хотели иметь “закрытые гавани”, где можно было бы укрыться от законов и налогов. В данном случае налицо было лицемерие обоих партий: в то время как Америка призывала к прозрачности рынков развивающихся стран в ответ на Восточноазиатский кризис, Ларри Саммерс (последний министр финансов президента Клинтона) и мистер О’Нейл объединили свои усилия для защиты оффшорных банковских центров и фондов хеджирования.
Такое же беспокойство вызывают и другие секретные действия, или действия, которые публично практически не обсуждались. В 1997 году в Америке была приватизирована корпорация по обогащению (USEC). Лишь немногим известно, что скрывается за этим невинным названием. Корпорация USEC занимается обогащением урана с целью создания главных компонентов атомных бомб и топлива для атомных электростанций. Она также отвечает за вывоз из России ядерных материалов от старых советских боеголовок и за переработку этих материалов в слабообогащенный уран, используемый затем в качестве топлива для атомных электростанций, что является воплощением в жизнь инициативы “перекуем мечи на орала”.
Однако, после приватизации у корпорации USEC появились все условия, позволяющие ей не пускать ядерные материалы на американский рынок, так как появление аналогичных российских материалов снизило бы цены на них и уменьшило бы ее доходы. Как председатель Совета экономических консультантов, я понимал, что хранение этих материалов в России представляет огромную опасность и что именно это, возможно, является наиболее серьезной угрозой нераспространению ядерных вооружений. Это касалось не только национальных интересов США, но и интересов всего мира. Но искушение поставить свои доходы над всеобщими интересами для частных фирм практически непреодолимо.
Приватизировать корпорацию USEC и, таким образом, искушать ее управляющих не было никакого смысла. Мои опасения подтвердились, и это произошло быстрее и значительно хуже, чем я когда-либо предполагал. Мы обнаружили секретное соглашение между корпорацией USEC и Минатомом России (министерство, отвечающее за ядерные материалы), согласно которому в ответ на предложение российской стороны послать на хранение в США большее количество своих ядерных материалов USEC ответила: “Спасибо, не надо”, а затем заплатила 50 миллионов долларов в качестве взятки за то, чтобы русские не заявляли во всеуслышанье о своем предложении.
Корпорация USEC неоднократно пыталась выкачать деньги из американских налогоплательщиков, заявляя, что она не будет доставлять российские материалы в Америку, если ей не будут выделены дополнительные средства. Как может американское правительство продолжать эту приватизацию, которая даже на первый взгляд выглядит так нелепо? Хотя идеология приватизации и сыграла в этом свою роль, но не меньшую роль сыграли также и финансовые интересы: жесткое управление приватизацией со стороны Уолл-стрита сильно лоббировалось и принесло огромные доходы.
В очередной раз министерство финансов Америки (мистер Саммерс, а также Роберт Рубин) поставило интересы Уолл-стрита выше национальных. Жажда лишнего миллиарда долларов бюджетного дохода за один год – даже если доходы в последующие годы снизятся, скрепила эту сделку. Сейчас, на фоне значительного превышения доходов над расходами, эта бюджетная “близорукость” выглядит особенно глупой. Чем закончится этот печальный эпизод – об этом еще будет отдельный разговор. У Конгресса были все основания для беспокойства, когда он передавал корпорации, имеющей слабое финансовое положение и нуждающейся в аттестации министерства финансов, контроль над производством, связанным с ядерным оружием. И сейчас неясно, сможет ли корпорация USEC соответствовать этим условиям (если только министерство финансов США не закроет на это глаза). В Конгрессе нарастает беспокойство, и выдвигаются предложения о необходимости снова провести национализацию этой корпорации.
Теперь уже ясно, что это решение американского правительства оказало воздействие не только на Уолл-стрит и не только на Америку, оно повлияло на ситуацию во всем мире. Когда Америка допускает ошибки, как это было с ее позицией в отношении отмывания денег и передачи в частные руки ответственности за использование ядерного топлива из боеголовок в мирных целях, она подвергает опасности весь мир. Америка провозгласила наступление глобализации. Вместе с тем она должна осознать, что с глобализацией приходит взаимозависимость, а в условиях взаимозависимости появляется необходимость в совместном принятии решений во всех областях, которые оказывают воздействие на всех нас.
Помимо этих изменений есть еще два других, которые могут оказаться такими же сильными по своим последствиям. Сейчас Америка в большей степени чувствует себя сообществом, и существует более сильное чувство социальной сплоченности, чем было все эти годы, даже десятилетия. На подходе также сильно запоздалый пересмотр роли правительства. Мы гордимся нашими пожарными и полицейскими, четко и глубоко осознаем проявленный ими героизм и готовность пожертвовать собой ради других. Растет ощущение того, что мы могли сбиться с пути, придавая слишком много значения собственной материальной выгоде и слишком мало – общим интересам.
Если оглянуться назад, то кое-что из того, что делали администрации Буша и Клинтона в подражание рыночным фундаменталистам по всему миру – правда, их заносило еще дальше – кажется совершенно абсурдным. Не было никакого смысла в «приватизации» такой жизненно важной сферы общественных интересов, как безопасность аэропортов. Низкие зарплаты, которые платили охранникам частных служб безопасности аэропортов, привели к высокой текучести кадров. Авиалинии и аэропорты, возможно, получили больше прибыли в короткие сроки, но они – и американский народ – в конечном счете, потеряли гораздо больше, как мы сейчас знаем к своему ужасу.
У министра финансов в администрации Буша Пола О’Нейла не было никаких оснований в пренебрежительной манере отказываться от заключенного в рамках Организации по экономическому сотрудничеству и развитию (OECD) соглашения по борьбе с отмыванием денег. И что бы ни говорил мистер О’Нейл, настоящие причины его отказа были ясны – защита финансовых интересов. Возникновение оффшорных банковских центров не было случайностью. Они существуют, поскольку Уолл-стрит и другие финансовые центры по всему миру хотели иметь “закрытые гавани”, где можно было бы укрыться от законов и налогов. В данном случае налицо было лицемерие обоих партий: в то время как Америка призывала к прозрачности рынков развивающихся стран в ответ на Восточноазиатский кризис, Ларри Саммерс (последний министр финансов президента Клинтона) и мистер О’Нейл объединили свои усилия для защиты оффшорных банковских центров и фондов хеджирования.
Такое же беспокойство вызывают и другие секретные действия, или действия, которые публично практически не обсуждались. В 1997 году в Америке была приватизирована корпорация по обогащению (USEC). Лишь немногим известно, что скрывается за этим невинным названием. Корпорация USEC занимается обогащением урана с целью создания главных компонентов атомных бомб и топлива для атомных электростанций. Она также отвечает за вывоз из России ядерных материалов от старых советских боеголовок и за переработку этих материалов в слабообогащенный уран, используемый затем в качестве топлива для атомных электростанций, что является воплощением в жизнь инициативы “перекуем мечи на орала”.
Однако, после приватизации у корпорации USEC появились все условия, позволяющие ей не пускать ядерные материалы на американский рынок, так как появление аналогичных российских материалов снизило бы цены на них и уменьшило бы ее доходы. Как председатель Совета экономических консультантов, я понимал, что хранение этих материалов в России представляет огромную опасность и что именно это, возможно, является наиболее серьезной угрозой нераспространению ядерных вооружений. Это касалось не только национальных интересов США, но и интересов всего мира. Но искушение поставить свои доходы над всеобщими интересами для частных фирм практически непреодолимо.
Приватизировать корпорацию USEC и, таким образом, искушать ее управляющих не было никакого смысла. Мои опасения подтвердились, и это произошло быстрее и значительно хуже, чем я когда-либо предполагал. Мы обнаружили секретное соглашение между корпорацией USEC и Минатомом России (министерство, отвечающее за ядерные материалы), согласно которому в ответ на предложение российской стороны послать на хранение в США большее количество своих ядерных материалов USEC ответила: “Спасибо, не надо”, а затем заплатила 50 миллионов долларов в качестве взятки за то, чтобы русские не заявляли во всеуслышанье о своем предложении.
Корпорация USEC неоднократно пыталась выкачать деньги из американских налогоплательщиков, заявляя, что она не будет доставлять российские материалы в Америку, если ей не будут выделены дополнительные средства. Как может американское правительство продолжать эту приватизацию, которая даже на первый взгляд выглядит так нелепо? Хотя идеология приватизации и сыграла в этом свою роль, но не меньшую роль сыграли также и финансовые интересы: жесткое управление приватизацией со стороны Уолл-стрита сильно лоббировалось и принесло огромные доходы.
В очередной раз министерство финансов Америки (мистер Саммерс, а также Роберт Рубин) поставило интересы Уолл-стрита выше национальных. Жажда лишнего миллиарда долларов бюджетного дохода за один год – даже если доходы в последующие годы снизятся, скрепила эту сделку. Сейчас, на фоне значительного превышения доходов над расходами, эта бюджетная “близорукость” выглядит особенно глупой. Чем закончится этот печальный эпизод – об этом еще будет отдельный разговор. У Конгресса были все основания для беспокойства, когда он передавал корпорации, имеющей слабое финансовое положение и нуждающейся в аттестации министерства финансов, контроль над производством, связанным с ядерным оружием. И сейчас неясно, сможет ли корпорация USEC соответствовать этим условиям (если только министерство финансов США не закроет на это глаза). В Конгрессе нарастает беспокойство, и выдвигаются предложения о необходимости снова провести национализацию этой корпорации.
Теперь уже ясно, что это решение американского правительства оказало воздействие не только на Уолл-стрит и не только на Америку, оно повлияло на ситуацию во всем мире. Когда Америка допускает ошибки, как это было с ее позицией в отношении отмывания денег и передачи в частные руки ответственности за использование ядерного топлива из боеголовок в мирных целях, она подвергает опасности весь мир. Америка провозгласила наступление глобализации. Вместе с тем она должна осознать, что с глобализацией приходит взаимозависимость, а в условиях взаимозависимости появляется необходимость в совместном принятии решений во всех областях, которые оказывают воздействие на всех нас.
Джозеф Стиглиц, профессор экономики Колумбийского университета, в прошлом председатель Совета экономических консультантов при президенте Билле Клинтоне, а также главный экономист и старший вице-президент Международного банка реконструкции и развития.
Copyright Project Syndicate 2012
You might also like to read more from Джозеф E. Стиглиц or return to our home page.
|
|
Reprinting material from this website without written consent
from Project Syndicate is a violation of international
copyright law. To secure permission, please contact
distribution@project-syndicate.org.
