The Ethics of Life
Нет болезни старикам
Питер Сингер
|
|
|
|
ПРИНСТОН – Пневмонию когда-то называли “другом стариков”, потому что она часто приносила довольно быстрый и безболезненный конец жизни, которая уже была низкого качества и в противном случае продолжала бы ухудшаться. Теперь исследование, проведенное среди пациентов с тяжелыми психическими заболеваниями в домах престарелых в Бостонской области, показывает, что с "другом" часто борются с помощью антибиотиков. Такие методы поднимают банальный вопрос: неужели мы обычно лечим болезни, потому что можем их лечить, а не потому что должны?
Исследование, проведенное Эрикой Д'Агатой и Сьюзен Митчелл и не так давно опубликованное в Архивах Внутренней Медицины , показало, что за последние более 18 месяцев две трети пациентов из 214 с тяжелыми психическими заболеваниями лечили антибиотиками. Средний возраст этих пациентов – 85 лет. При прохождении теста на выявление тяжелого психического состояния, где баллы варьировались от 0 до 24, три четверти этих пациентов набрали ноль. Их способность к общению варьировалась от ноля до минимума.
Не ясно, продлевает ли жизнь применение антибиотиков при таких обстоятельствах, но даже если это и так, то стоит задать вопрос: какой в этом смысл? Сколько людей хотят, чтобы их жизни были продлены, если они страдают недержанием, если их должны кормить другие люди, если они больше не могут ходить, а их умственные способности безвозвратно утрачены, так что они больше не способны ни разговаривать, ни узнавать своих детей? Во многих случаях антибиотики вводили внутривенно, что может вызвать дискомфорт.
С интересами пациентов должны считаться в первую очередь, но когда есть сомнения в том, что продолжительное лечение в интересах пациента, и нет возможности узнать, чего хотят пациенты, или чего бы они хотели, целесообразно принимать во внимание другие факторы, в том числе мнение семьи и затраты общества. Расходы из фонда медицинской помощи престарелым на пациентов с болезнью Альцгеймера составили $91 миллиард в 2005 году и предположительно увеличатся до $160 миллиардов к 2010 году. (Для сравнения, в 2005 году Соединенные Штаты потратили $27 миллиардов на иностранную экономическую помощь.)
Более того, Д’Агата и Митчелл предполагают, что употребление такого большого количества антибиотиков пациентами, страдающими помешательством, влечет за собой другие издержки: это обостряет растущую проблему появления устойчивых к антибиотикам бактерий, что подвергает риску других пациентов.
Пневмония также не смогла сыграть свою дружескую роль для 84-летнего Сэмюэля Голубчука из Виннипега, Канады, у которого на протяжении многих лет после травмы головного мозга ограниченные физические и умственные способности. Врачи Голубчука думали, что лучше не продлять его жизнь, но его дети – на основании утверждений о том, что остановка жизнеобеспечения нарушит их православные еврейские убеждения – получили распоряжение суда, которое обязывает врачей поддерживать жизнь их отца.
Так что, в течение последних трех месяцев у Голубчука в горле установлена трубка для того, чтобы помочь ему дышать, а другая – в животе, чтобы кормить его. Он не разговаривает и не встает с кровати. То, сколько он понимает, является спорным вопросом. Его дело теперь пойдет в суд, и сколько на это уйдет времени – неясно.
Обычно, когда пациенты неспособны принять решение о своем лечении, необходимо признать важность желаний семьи. Но желания семьи не должны пересиливать этическую ответственность врачей действовать в лучших интересах их пациентов.
Дети Голубчука утверждают, что он с ними взаимодействует. Но установление сознания их отца может быть палкой о двух концах, поскольку это может также означать, что поддержание его жизни – это бессмысленная пытка, и в его интересах дать ему спокойно умереть.
Другой важный вопрос, который ставит дело Голубчука – как далеко должна пойти система здравоохранения, получающая финансирование из государственного бюджета, такая как в Канаде, чтобы удовлетворить желания семьи. Когда семья добивается лечения, которое по профессиональному мнению врачей не в интересах пациента, ответ должен быть такой: совсем не далеко.
Если дети Голубчука смогут убедить суд в том, что их отец не страдает, суд может на законных основаниях постановить, чтобы больница предоставила им попечительство над их отцом. Тогда они могут решать для себя, и за свой счет, какой объем дальнейшего лечения ему нужен. То, что суд не должен делать – это выносить постановление о том, чтобы больница продолжала заботиться о Голубчуке, вопреки мнению ее профессионалов в сфере здравоохранения. Налогоплательщики Канады не обязаны оплачивать религиозные убеждения своих сограждан.
Питер Сингер – профессор биоэтики в Принстонском Университете и автор многих книг, среди которых «Общественное движение в защиту животных», «Практическая этика», «Один мир» и в соавторстве с Джимом Мейсоном «Этика нашего питания».
Авторское право: Project Syndicate, 2008.
www.project-syndicate.org
Перевела с английского языка Ирина Сащенкова
You might also like to read more from Питер Сингер or return to our home page.
|
|
jon 05:18 30 Dec 09
"How many people want their lives to be prolonged if they are incontinent, need to be fed by others, can no longer walk, and their mental capacities have irreversibly deteriorated so that they can neither speak nor recognize their children?"
I would.
Though not religious, I disagree with the arguments in this article, particularly the financially-based ones. I hardly find the religious beliefs, of the people refered to, to be radical. I also have a deeply felt respect for life (animal, foetal, and human).
I don't see why the medical professionals in this case viewed the continuation of treatment "not in the patient’s best interests", The evidence you've cited doesn't seem to attest to that. Moreover, over-riding a family's interest due to the opinions of medical practitioners, comes dangerously close to the NAZI policy of "euthanising" people who were physically or mentally disbled (with the active help and support of their physicians). While the reliance on financially based argument is no different (to the rationale of the NAZIs).
Canadians have, quite intelligently, voted for their politicians to enact whole-of-life healthcare for all citizens. This extends to the (however grossly) mentally impaired or disabled. This is all that the family were requesting.
On another point, your citation of the large expenditure made in the US on "beneficiaries with Alzheimer’s disease" (often for their other illnesses) makes no allowance for the millions of these people whose Alzheimer symptoms were still largely under control. In other words the vast majority (whose costs would, even more often, also largely be related to non-Alzheimer's diseases and symptoms).
Consciousness, even with little or no memory, deserves to be preserved. (At least until it can be proved that loss of memory begets loss of consciousness.)