Finance in the 21st Century
Какие новости управляют рынками?
Роберт Дж. Шиллер
|
|
|
|
Фондовые биржи в большей части мира продемонстрировали резкое суммарное понижение цен где-то с 10 мая притом, что самое большое падение цен произошло приблизительно в течение двух недель до 23 мая, но с тех пор цены в среднем продолжали падать. Отражают ли волнения на всемирных фондовых биржах проблемы в мировой экономике?
Давайте посмотрим на самые большие падения цен. Из показателей основных стран самый большой обвал произошел в Индии, где биржевой курс упал на 16,9% с 10 по 22 мая. Обвал на другой стороне земного шара был почти столь же большим, и максимумы, и минимумы совпали с соответствующими показателями в Индии с разницей в один или два дня: в Аргентине биржевой курс упал на 16,1%, в Бразилии - на 14,7%, а в Мексике – на 13,8%.
Европейские рынки тоже потерпели большие убытки. В Швеции биржевой курс упал на 15,2% между 9 и 22 мая; почти в то же самое время биржевой курс упал на 9,7% в Германии, 9,4% во Франции и Великобритании и 9,3% в Италии. Аналогично, в Азии биржевой курс упал на 11,5% в Корее, 9,3% в Гонконге и 8% в Японии с их соответствующих максимумов до минимумов практически за тот же период времени.
Многие комментаторы пытаются связать эти события с последними событиями в Соединенных Штатах. Но американский биржевой курс упал только на 5,2% между 9 и 24 мая. Не повлияло также глобальное падение цен и на Китай, так как там биржевой курс фактически вырос в течение этого периода.
Стандартное объяснение экономистов вращается вокруг валютной политики. Вследствие паники по поводу большой дефляции в 2003 г., центральные банки во всем мире сокращают процентные ставки, вызывая спекулятивный подъем как на фондовой бирже, так и на рынке недвижимости. Но теперь, согласно этому представлению, растущие процентные ставки начинают кусаться, что предвещает дальнейшее понижение цен на рынке ценных бумаг.
В этом аргументе, конечно, есть важный элемент правды. Федеральная Резервная Система США, действительно, повысила ставки 10 мая, и ее председатель Бен Бернанке тогда указал на то, что в будущем возможны дальнейшие повышения ставок. 17 мая сообщили об ухудшении данных инфляции США, предполагая, что в запасе остается дальнейшее ужесточение валютной политики.
Экономисты любят считать мир логичным и легко управляемым, что подразумевает, что они понимают, что происходит. Но тем самым они часто преувеличивают роль центральных банков. Действительно, повышение ставок США было только одним из серии скачков ставок – 16-ым по счету. Ни один другой главный центральный банк не повысил ставки после того, как с мая по 7-8 июня началось падение цен на фондовой бирже, когда это сделали несколько банков (Центральный Европейский Банк, Индия, Южная Корея, ЮАР, Таиланд и Турция).
Другим фактором является цена на нефть, которая выросла на 24% с 22 марта по 2 мая, установив при этом непревзойденный рекорд. Несомненно, это было главным событием, которое сильно повлияло на фондовые биржи во всем мире. Повышение цен на нефть было виновато фактически в каждом экономическом спаде с времен Второй Мировой Войны.
И все же повышение цен на нефть не соответствует временному интервалу в середине мая, когда наиболее резко упали индексы фондовой биржи. Утверждение о том, что повышение цен на нефть вызвало падение цен на фондовой бирже, предполагает задержку во времени в несколько недель.
Но фондовые биржи не очень логичны, и это могла быть запоздалая реакция на скачки цен на нефть. Как и с любыми другими ценами на финансовых рынках, повышение цен привлекает внимание. Когда цены на нефть быстро растут, люди смотрят новости, связанные с ценами на нефть, и больше говорят друг с другом о ценах на нефть, следовательно, создавая повышенную чувствительность к этим новостям.
Кризис на Ближнем Востоке связан с ценами на нефть, и это преобладало в новостях в мае. Зловещие признаки и сильные выражения, которые использовали разные политические деятели, возможно, усиливались в умах инвесторов повышением цен на нефть. 8 мая израильский Вице Премьер Шимон Перес, прореагировав на враждебные утверждения иранского президента Махмуда Ахмадинежада, сказал, что “президент Ирана должен помнить, что Иран тоже может быть стерт с карты”.
Подобным образом, где-то в начале майского падения цен на фондовой бирже Ахмадинежад посетил Индонезию, самую густонаселенную страну мира, в которой большинство населения составляют мусульмане, и 13 мая газеты сообщили, что он получил продолжительные овации от студентов двух ведущих университетов страны. Эту историю можно было бы интерпретировать как доказательство того, что балансирование Ахмадинежада на грани войны по ядерной проблеме окупается для него с политической точки зрения, подпитывая восприятие о том, что напряженная ситуация на Ближнем Востоке может привести к еще более высоким ценам на нефть.
Эти новости могут казаться гораздо более отдаленными от фондовой биржи, чем валютная политика. Но общественная реакция на них вместе с недавним повышением цен на нефть вполне может в полной мере быть причиной изменений в рыночной психологии. Отношение к риску со временем меняется, и такие события, как замечания Ахмединежада и Переса, могут ускорить такие изменения. Таким образом, в то время как такие вещи случаются так, что их трудно оценить, может быть аналитикам следует обращать внимание на слова Ахмадинежада так же тщательно, как они обращают внимание на слова Бернанке в попытке понять направление мировых фондовых бирж.
Экономисты, возможно, не любят обращать внимание на общественный образ мыслей и то, как он влияет на изменение цен, мировые новости и спекулятивную динамику. В конце концов, это подразумевает, что экономические события являются менее предсказуемыми (а экономисты - менее всеведущими), чем им хотелось бы думать. Но такое внимание имеет интуитивный смысл. Что же на самом деле на уме у инвесторов? Ахмадинежад – харизматическая личность; Бернанке нет. Ахмадинежад пускается в авантюру; Бернанке нет. И возможно, важнее всего, Ахмадинежад оказывает дестабилизирующее влияние; Бернанке нет.
В самом деле, какой бы не была их первопричина, понижения биржевого курса в середине мая во всем мире указывают на нестабильную рыночную психологию. Трудно поверить, что они были связаны только с мнениями о вероятной валютной политике, а не с более крупными и глубокими проблемами, включая такие вопросы, как энергия и политическая напряженность, которые поддерживают показатели мировой экономики.
Роберт Д. Шиллер - профессор экономики в Йельском Университете, главный экономист ООО МакроРынки, которое он основал в соавторстве (см. macromarkets.com), а также автор книг: Иррациональное изобилие и Новый финансовый порядок: риск в XXI-м веке.
Авторское право: Project Syndicate, 2006.
www.project-syndicate.org
Перевела с английского языка Ирина Сащенкова
You might also like to read more from Роберт Дж. Шиллер or return to our home page.
|
|
