БУДАПЕШТ: Решение об открытии своего воздушного пространства для боевых самолетов НАТО, принятое правительством Румынии на прошлой неделе, стало самым трудным решением из всех, принятых пост-коммунистическим правительством этой страны со времен смерти Николая Чеушеску. Потому что с момента первого воздушного удара НАТО по Сербии, в Румынии разразился взрыв "сербомании". То, что я называю "сербоманией" можно определить как совершенно несбалансированное, предубежденное, нервозно - эмоциональное про-сербийское настроение, абсолютно лишенное каких либо серьезных или рациональных аргументов против военных действий НАТО.

В связи с этим взрывом "сербомании" еще более интересным становится тот факт, что еще несколько месяцев назад в этой же стране процветала НАТО-мания. Действительно, до начала этой войны, идея присоединения к НАТО была не только официальной политикой Румынии -- она пользовалась огромной популярностью среди населения и поддержкой средств массовой информации. В соответствии с исследованиями общественного мнения, около 90% румын выступали за присоединение к НАТО. Большинство газет и других средств массовой информации с энтузиазмом приветствовали перспективы расширения НАТО в надежде, что и Румыния получит свой членский билет. Когда в 1997 году на встрече НАТО в Мадриде кандидатура Румынии была отклонена, общественный энтузиазм поутих. Но это еще не служит достаточным объяснением открытой враждебности в отношении НАТО, демонстрируемой сегодня.

И дело не в том, что сейчас многие румынские журналисты и комментаторы развернули агитацию против НАТО или перешли на сторону сербов. Удивительным является сам аргумент, который приводится в защиту Сербии. В общем и целом, здесь доминирует идея, которую высказал Гарвардский профессор Самуэль Нантингтон предсказав, что международная политика после холодной войны перейдет в "столкновение цивилизаций". Соответственно, многие люди рассматривают конфликт на Балканах как борьбу между "западной цивилизацией" и "православно-славянской", т.е. той к которой принадлежат Сербия и Босния.

Этническая чистка и трудное положение беженцев из Косово, которые являются мусульманами, похоже никому не мешает спать спокойно, так же как и безжалостность Слободана Милошевича, который является не православным патриархом, а так или иначе осужденным, хитрым экс-коммунистическим аппаратчиком. Взвешенные аргументы исчезли со страниц газет: теперь они нападают на НАТО за ведение войны против "героической" Сербии и призывают общественность к состраданию "нашим православным братьям".

Выдающийся румынский журналист Кристиан Тудор Попеску, заместитель главного редактора газеты "Адеварул", которая выходит самым большим тиражем в стране, зашел еще дальше, написав, что "Права Человека" это всего лишь инструмент, который Запад использует в борьбе за мировой контроль. Соединенные Штаты, продолжает он, хотят разрушить независимые страны во всем мире, чтобы расширить свою экономическую и культурную гегемонию. Похоже, что Сербия, это всего лишь одна из целей в развернувшейся кампании за влияние.

Таким образом, продолжается высказывание, румыны должны объединиться с сербами и русскими в анти-западном фронте. Каким-то образом люди забывают о том, что Румыния всегда гордилась собой, как "островком латинской культуры, окруженном славянским морем". Более того, в противоположность Сербам или Болгарам, румыны всегда воспринимали Россию как своего врага, с эмоциями расколенными добела в коммунистическую эпоху.

Конечно, большинство румын -- греко-православные, также как и греки, сербы, болгары и русские. Однако, на протяжении последних двух столетий это не мешало им бояться русских, покровительствовать болгарам и завидовать грекам. И если сербы и занимают особое место в национальной душе румын, то я подозреваю, что это скорее связано не с так называемым "православным братством", а с памятью людей о том, что и Тито, и Чеушеску относились к России как к общей угрозе их попыткам обеспечить более независимый политический курс.

Действительно, самые слабые объяснения тому, почему народы любят или ненавидят друг друга обычно находят в "истории" или в концепции "цивилизации": циники и оппортунисты легко подгоняют и ту, и другую под "национальные интересы" текущего момента. "Сербомания" и "НАТО-мания" скорее отражают более глубокие местные опасения. Многие румыны сравнивают Косово с Трансильванией, где венгры составляют большинство населения. Они верят, что если Косово отделится от Сербии, то и Трансильвания может в один прекрасный день покинуть Румынию.

Но даже если Сербия в конечном итоге потеряет Косово, то это случится не потому, что так захотел Запад. Это случится потому, что сербское правительство своей жестокостью и нетерпимостью разрушило все надежды на мирное сосуществование албанцев и сербов в Косово. К счастью, в Румынии дела обстоят по-другому, и представители венгерского меньшинства являются важными членами правящей правительственной коалиции. Однако сегодня из-за ужасных экономических условий многие сильно разочарованы в этом правительстве, и потому выступают против всего, что оно делает или говорит.

Конечно, не все важные голоса общественности присоединились к "хору сербомании": в середине апреля несколько выдающихся интеллектуалов опубликовали манифест, защищающий политику НАТО и призывающий правительство не идти вспять. Но похоже, что большинство людей будут слушать песни сирен о "православном братстве" пока в стране не улучшится экономическое положение. Поэтому "сербомания" -- это всего лишь еще один симптом огромной неопределенности; она обнажает глубокую неуверенность, которую многие люди в Восточной Европе испытывают по отношению к своим странам, своему прошлому, своему будущему и к самим себе.