The World in Words
Трансформация Турции
Соли Озел
|
|
|
|
Избрание Абдулы Гюла 11-ым президентом Турции знаменует собой начало нового этапа в истории страны.
В июле правящая Партия справедливости и развития (ПСР) – религиозно-консервативная, но вместе с тем экономически либеральная – одержала полную победу на парламентских выборах, проведенных после того, как армия отказалась подчиняться Гюлу, вступившему на пост президента. Эта победа, вместе с избранием Гюла подтверждает, что ПСР является реформистской партией и что турки, несмотря на рост ксенофобского национализма, хотят интегрироваться в Европейский союз.
Кандидатура Гюла в прошлом апреле принесла с собой угрозу переворота со стороны вооруженных сил, что ускорило проведение недавних выборов. Таким образом, избиратели также подтвердили, что больше не желают, чтобы вооруженные силы вмешивались во внутреннюю политику, отклонив предостережения генералов о том, что ПСР заведет страну в тьму теократического правления.
Ожесточенные дебаты относительно президентского поста подчеркнули его символичное значение во внутреннем распределении сил Турции. Платок, который по религиозным причинам носит жена Гюла, был расценен как нападок на священный принцип отделения церкви от государства в Турции. Действительно, Ахмет Неджед Сезер - президент с истекающими полномочиями - отказался пригласить жен депутатов ПСР, которые покрывают волосы, на официальные обеды и приемы, посвященные Дню Республики.
Очевидно, что президент представляет государство, а не просто является его номинальным главой. В конце концов, он сидит на стуле Ататюрка. Он располагает всесторонними полномочиями, включая полномочия проводить важные правительственные встречи. Он назначает судей в верховные суды и членов Совета по высшему образованию (СВО). Он выбирает президентов государственных университетов из списка, составленного СВО. В мирное время он является главнокомандующим вооруженных сил.
Именно поэтому кризис президентских выборов фактически был кризисом конституционного порядка, установленного вооруженными силами, правившими с 1980 по 1983 годы. Та конституция – в отличие от конституции Ататюрка – была написана военными для военных, основываясь на условии, что «холодная война» никогда не закончится и что президент навсегда останется военным человеком или будет очень близок к вооруженным силам.
Но «холодная война» давно закончилась, и с тех пор в Турции многое изменилось. Программа, написанная при содействии МВФ, в 2001 году привела к быстрому экономическому росту, основанному на постепенном, но очень важном преобразовании Турции в рыночную экономику. В то же время Турция решительно встала на путь политической и административной реформы, чтобы начать переговоры по вступлению в ЕС.
Кроме того, экономическое и социальное преобразование Турции породило новую элиту. ПСР стала представителем этой новой элиты вместе с ее поисками политической власти.
Многие иностранные обозреватели описывали президентские и парламентские выборы, как соперничество между светским прошлым Турции и предполагаемым исламистским будущим. Однако более верно рассматривать это соперничество как соперничество между открытой и замкнутой Турцией; между гражданским, демократическим порядком и военной опекой; между глобализированной и протекционистской экономикой. ПСР получила поддержку как от победителей, так и от проигравших глобализации из консервативной средней Анатолии и космополитического Стамбула, из националистского региона Черного моря и, по большей части, курдского юго-востока.
После июльской победы ПСР на парламентских выборах, а затем еще и с избранием Гюла, многие наблюдатели предсказывали военное вмешательство. Несмотря на то, что без сомнения вооруженным силам, как оплоту светского учреждения, не нравятся эти результаты, государственный переворот поистине не является решением.
Одна из причин заключается в том, что отношения между вооруженными силами и исламским движением являются более сложными, чем кажутся. В 1997 году, когда вооруженные силы лишили тогдашнее правительство, возглавляемое исламистом Неджметтином Эрбаканом, власти, исламское движение раскололось. От традиционно настроенного, антизападного и антисемитского старшего поколения откололась группа более молодых и более современных космополитов. В этом году кризис привел к тому, что премьер-министру Реджепу Тайипу Эрдогану, пришлось увести преобразование ПСР с пути доктринерского исламизма.
После июльской победы ПСР Эрдоган поначалу стремился избегать конфликтов с вооруженными силами, не возобновляя Гюлу право баллотироваться на пост президента. И все же Гюл сумел настоять на своем, а на его защиту встала объединенная ПСР.
В итоге Турция входит некартографированные воды. Гюл будет занятым президентом. Поскольку перед Турцией стоит множество региональных проблем, его опыт в качестве министра иностранных дел должен сослужить ему хорошую службу. Но занятый и активный президент может стать причиной напряженных отношений с премьер-министром, который является реальным руководителем в турецкой системе.
Восхождение Гюла на пост президента должно укрепить трансформацию турецкой политики. Турция интегрировала исламское движение в главную политическую линию. Представители экономически активного и социально-консервативного центра подталкивают Турцию к реформе. Республиканский проект модернизации продолжится с еще более широкой мобилизацией общества.
Таким образом, Турция сохранит свою беспрецедентную смесь ислама, капитализма и светской либеральной демократии. Каким бы странным это не казалось, но после кризиса с кандидатурой Гула Турция пока еще довольно хорошо справляется с этой проблемой.
Соли Озел – преподаватель факультета международных отношений Стамбульского университета Билджи и обозреватель турецкой ежедневной газеты Sabah
Авторское право: Project Syndicate, 2007.
www.project-syndicate.org
Перевела с английского языка Ирина Сащенкова
You might also like to read more from Соли Озел or return to our home page.
|
|
