Похищенная нация

Анна Хусарска

В редакционной статье «Резкий отпор насилию», опубликованной 6 июля в колумбийской газете « Diario del Sur» , восторженно говорилось: «Никогда до сих пор, несмотря на насилие, тяготившее нас в течение стольких лет, Колумбия не видела такого дня как вчера: исторического и незабываемого во всех отношениях».

В полдень 5-го июля во всей стране люди вышли на улицы, чтобы выразить свой гнев после новостей об убийстве 11 провинциальных политиков, находившихся в руках левых мятежников. Одетые в белые майки люди образовали живую цепь. Мои коллеги в столице и на юге страны, где мы осуществляем гуманитарные проекты, говорят, что люди размахивали белыми платками и выпускали в воздух белые воздушные шары. По оценкам информационных агентств, при участии более миллиона человек это был самый крупный общественный протест с октября 1999 года, который, как это ни прискорбно, также был демонстрацией протеста против насилия и похищений.

Но, тогда как убийство 11 конгрессменов из района Кали, приписываемое левым мятежникам, вызвало шок и гнев, в обществе не существует согласия относительно того, как решить хроническую проблему «El Secuestro» (похищений). Некоторые колумбийцы настаивают на «гуманном соглашении» - обмене заключенных на заложников – и отвергают попытки освобождения «кровью и огнем». Другие выступают против «сдачи территории» (создания демилитаризованной зоны, где можно было бы провести такой обмен) и требуют от правительства «firmeza, siempre firmeza!» (проявить «твердость» и преследовать повстанцев).

Как часто бывает в случае вооруженных конфликтов, больше всего страдают гражданские лица. Протесты 5-го июля напомнили нам о 3000 похищениях с начала этого сорокалетнего конфликта, но колумбийцы могут образовывать живые цепи и выпускать в воздух белые шары по многим причинам.

Возьмем, например, печальную статистику Колумбии как глобального лидера по количеству жертв и увечий от противопехотных мин. Согласно «Landmines Monitor 2006», в прошлом году в Колумбии от противопехотных мин пострадало 1110 человек, 875 в Камбодже и 848 в Афганистане.

Эта незамеченная драма символизирует недостаточное освещение колумбийского конфликта. Действительно, если бы существовала такая вещь, как комбинированный индекс отчаяния, Колумбия была бы бесспорным лидером. Взятие заложников, убийства и увечья от противопехотных мин являются побочными эффектами самой продолжительной гражданской войны в Латинской Америке, в результате которой в стране находится три миллиона внутренне перемещенных лиц – один из самых высоких показателей в мире, близкий к показателям Судана, Конго и Ирака.

Даже если каким-то чудом удастся положить конец конфликту, шрамы от него останутся надолго. Так что помимо помощи стране в нахождении политического решения также необходимо сосредоточить усилия на долгосрочном примирении и восстановлении страны, чтобы молодые жизни, искаженные гражданской войной, могли быть направлены по правильному пути, и чтобы спасти детей от пагубного влияния такого количества насилия и кровопролития.

На юге Колумбии, где высокая концентрация незаконных вооруженных формирований делает социальный мир далекой мечтой, я посетила среднюю школу для того, чтобы произвести оценку их потребностей. После четырех часов езды по грунтовой дороге я попала в высокогорную деревушку. Умные и дружелюбные подростки горели желанием научиться пользоваться интернетом, только что проведенном в их школу.

Но когда я спросила пятерых из них, кем они хотят стать, когда вырастут, я поняла, что конфликт наложил на них отпечаток на всю жизнь. Они мечтали о карьере юриста, уголовного следователя, судебно-медицинского эксперта и солдата. Пятый хотел стать химиком, чтобы открыть лабораторию по производству кокаина. Планы этих подростков просто отражают горькую реальность: эти школьники являются вторым поколением, которое не видело и не знает ничего, кроме войны.

В день марша против насилия рядом с редакционной статьей в « Diario del Sur» был помещен простой опрос общественного мнения с одним единственным вопросом: «Считаете ли вы, что с начала года улучшилась ситуация с безопасностью?» Более 90% опрошенных ответили «нет». Именно поэтому тысячи вышли на улицы, чтобы выразить свой протест.

Наверное, это только начало.