The World in Words
Падение арабской Берлинской стены
Шафик Габра
|
|
|
|
Десятки миллионов арабов стали свидетелями свержения Саддама Хусейна весной этого года, и нашли в падении иракского режима отражение своего собственного положения. Действительно, переходный период в Ираке может послужить началом падения «арабской стены» - невидимого барьера авторитаризма и замкнутости, также надежно изолирующих этот регион от остального мира, как когда-то Берлинская стена разделяла Европу на две части.
В условиях тяжелейшей ситуации на Ближнем Востоке, сегодняшний статус-кво арабского мира не может продолжаться долго. Но что придет ему на смену? Существуют три возможных варианта: анархия, подобная той, что позволила Осаме бен Ладену процветать в Афганистане, гражданские войны вроде тех, что опустошили Алжир и Судан, или же новые авторитарные режимы, подобные режиму Саддама.
Для реализации одного из этих печальных сценариев надо всего лишь дождаться, пока сохранение нынешнего статус-кво станет невозможным и в арабском мире воцарится хаос. Однако существует и позитивная альтернатива: реформы, ведущие к установлению правопорядка и частного права, созданию более здорового гражданского общества и демократизации всего арабского мира.
Арабский мир отличался относительной стабильностью на протяжении последнего десятилетия. Политические убийства, государственные перевороты и общественные беспорядки, доминировавшие в регионе в 1945 - 1990 годах, практически прекратились за двумя крупными исключениями в виде вторжения Ирака в Кувейт и израильско-палестинского конфликта.
Однако относительная стабильность принесла арабскому миру только правительства, неоправдавшие ожиданий народа, отрицательные показатели роста, подъем радикальных исламских движений и репрессии. Такая инертность порождает безнадежность и нигилистическое стремление к насилию. Как сказал мне один молодой араб, описывая свою родину: «Страна не инвестирует в молодежь, нам нет в ней места, мы никому не нужны. Я мог бы с легкостью сжечь здесь все и жить дальше без всяких сожалений».
Но как может Ближний Восток остановить свое падение? Мусульмане испробовали большинство современных политических идей: социализм (Алжир, Египет, Ирак, Ливия, Сирия и Йемен), коммунизм (Южный Йемен), государственный капитализм в сочетании с монархией (страны Персидского залива, Иордания и Марокко). Они даже испробовали доморощенные идеологии, такие как насеризм, баасизм и хомейнизм. Пожалуй, единственной неиспытанной идеологией в регионе является либеральная капиталистическая демократия.
Кувейт и некоторые другие монархические государства региона (Бахрейн, Катар, Оман и ОАЭ), располагают наилучшими условиями для внедрения либерального подхода, принимая во внимание терпимость королей и эмиров этих стран. Призыв к отставке Саддама Хусейна со стороны главы ОАЭ шейха Заеда бен Султана Аль Нахайяна еще до вторжения США в Ирак говорит о том, что, по крайней мере, некоторые арабские лидеры готовы приветствовать серьезные перемены в своем регионе.
Проведение жизнеспособных реформ в Саудовской Аравии, однако, будет сопряжено с гораздо большими трудностями. Королевская семья Аль Сауд не смогла оказать поддержку США в Ираке из-за внутренних проблем в стране. Религиозные законы и их специфический характер, необходимый для поддержания легитимности режима, подрывают либеральные силы, и многие жители Саудовской Аравии опасаются, что растущая напряженность вокруг религиозной и политической реформы приведет к взрыву. Однако серьезная реакция правящих кругов Саудовской Аравии на террористический удар по жилому комплексу в Эр-Рияде, дает слабый проблеск надежды на то, что королевская семья поймет, что реформа является единственной для них возможностью выживания.
Преобразования в Иордании потребуют полного изменения структуры общества и предоставления большей свободы и возможности играть более значимую роль в политической жизни страны палестинским иорданцам. Только последним сначала придется принять сознательное решение признать Иорданию своей родной страной.
Светские государства Ближнего Востока сталкиваются с разными проблемами. Когда-то неоспоримое лидирующее положение Египта в арабском мире ослабло по мере того, как влияние перешло к Катару, ОАЭ, Сирии, и на сегодняшний день потенциально даже к демократическому Ираку. Египет может вернуть себе лидерство в арабском мире, если поведет за собой регион в направлении культурного возрождения, либерализма, демократии, реформы системы образования и экономического развития.
История Египта предоставляет хорошую основу для такой роли. В 1952 году в стране произошло свержение монархии без применения насилия, а на протяжении 250 лет Египет был родиной как радикальных, так и реформистских политических тенденций. Фактически, судьба реформы в Египте будет некоторым образом означать смерть или возрождение арабского мира.
Сирия извлекла значительную выгоду из торговли с Ираком и транзита нефти через свою территорию, в то время как падение Саддама обратило внимание мирового сообщества на некоторые вещи, которые правительство Сирии предпочло бы оставить в тени, а именно на роль Сирии в событиях в Ливане, поддержку «Хезболла» и некоторых палестинских организаций, а также нарушения прав человека.
Кроме того, Сирия стремится избежать реформ, которые несет региону Америка, и сохранить внутренний статус-кво. Так что режим надеется, что ситуация в Ираке станет совершенно невыносимой и США будут вынуждены просить Сирию о помощи. Но если Башир Асад не желает дальнейшего погружения страны в трясину бедности и ослабления ее роли в регионе, он должен будет провести политическую, культурную и экономическую либерализацию. У Асада есть возможность предпринять смелые шаги в этом направлении, но его сдерживает истеблишмент, доставшийся ему в наследство (и продуктом которого является он сам).
Для монархических и светских режимов Ближнего Востока реформа вовсе не означает самоуничтожение. Примеры Мексики и посткоммунистической Европы говорят о том, что умные и гибкие элиты могут заново создать себя при смене политической системы. Иран, однако, не может позволить себе подобную роскошь.
Иранский народ жаждет реформ, что нашло отражение в двух победах с подавляющим большинством голосов президента Хатами. Однако жесткое сопротивление со стороны управляющих страной священнослужителей даже самым незначительным изменениям говорит о том, что они понимают, что серьезные реформы поставят под угрозу их правление. Но даже в таких обстоятельствах возможность осуществления реформы никогда не была столь велика, потому что огромное молодое население Ирана требует ее. Ни в одной арабской стране еще никогда не создавались такие мощные общественные и культурные движения, требующие перемен.
Однако внутренняя реформа - это только полдела. Другая половина заключается в установлении мира между израильтянами и палестинцами. Реформы не могут пройти успешно при наличии конфликта, разжигающего экстремизм и ненависть. Все стены, препятствующие интеграции региона в современное мировое сообщество, должны быть снесены.
Шафик Габра - профессор политологии и президент Американского университета в Кувейте.
Авторское право: Project Syndicate, ноябрь 2003.
Перевод с английского: Евгения Унанянц
You might also like to read more from Шафик Габра or return to our home page.
|
|
