Against the Current
История в конце Истории
Френсис Фукуяма
|
|
|
|
Пятнадцать лет назад в своей книге «Конец истории и последний человек» я высказал мнение о том, что если общество хочет идти в ногу со временем, то не существует альтернативы рыночной экономике и демократической политической системе. Конечно же, не каждый хочет быть современным и не каждый сможет организовать систему институтов и политических курсов, которые заставляют работать демократию и капитализм, но никакая другая система не даст лучших результатов.
Не смотря на то, что « Конец истории » была книгой о реконструкции, многие провели параллель между моими тезисами о конце истории, внешней политикой администрации Джорджа Буша и стратегической американской гегемонией. Но те, кто называют мои идеи интеллектуальной основой политики, проводимой администрацией Буша, не обратили внимание на мои высказывания о демократии и развитии с 1992 года.
Изначально президент Буш оправдывал вторжение в Ирак стремлением Саддама Хусейна к созданию оружия массового уничтожения, вероятным наличием связей с Аль-Каидой, а также попиранием прав человека и отсутствием демократии в Ираке. После вторжения 2003 года первые два оправдания оказались ложными, и администрация Буша сосредоточила основное внимание на демократии, как в Ираке, так и на всем Ближнем Востоке, оправдывая тем самым свои действия.
Буш заявил, что стремление к свободе и демократии является всеобщим и не может привязываться к какой-то одной культуре и, что Америка будет поддерживать демократическое движение, «целью которого является свержение тирании в мире». Те, кто поддерживал военные действия, нашли подтверждение своим взглядам в испачканных чернилами пальцах иракских избирателей, которые выстраивались в очереди во время различных избирательных кампаний, проводимых с января по декабрь 2005 года, в «Кедровой» революции в Ливане, в выборах президента и парламента в Афганистане.
Движение по воодушевленной данными событиями дороге к либеральной демократии на Ближнем и Среднем Востоке, в ближайшем и обозримом будущем, очевидно, принесет немало огорчений, а попытки администрации Буша построить на этой основе региональную политику обречены, скорее всего, на провал.
По правде говоря, стремление жить в современном свободном от тирании обществе является всеобщим, или близким к тому. Это подтверждается ежегодными попытками миллионов людей переехать из развивающихся стран в развитые, где они надеются найти политическую стабильность, возможность работать, получать медицинское обслуживание и образование, которых им так не хватало у себя на родине.
Но нельзя сказать, что существует всеобщее желание жить в либеральном обществе, политическом режиме, характеризующемся сферой личных прав и правлением закона. Такое желание возникает с течением времени, зачастую как побочный продукт успешной реконструкции.
Более того, желание жить в условиях современной либеральной демократии не всегда является способностью к этому. Администрация Буша считает, что в Ираке после правления Хусейна демократия и рыночная экономика станут неотъемлемыми условиями и общество придет к ним в результате свержении тирании, а не после ряда усилий по построению сложных, взаимозависимых институтов.
Задолго до установления либеральной демократии необходимо существование дееспособного государства (то, чего не лишились Германия или Япония после поражения во второй мировой войне). Это то, что не может быть подарено таким странам как Ирак.
Книга «Конец Истории» никогда не была привязана к американской модели социальной или политической организации. Так же как и русско-французский философ Александр Кожев, который вдохновил меня на такие выводы, я считаю, что Европейский союз в большей степени, чем Соединенные Штаты, отражает то, как будет выглядеть мир в конце истории. Попытка Евросоюза переступить суверенитет и традиционную политику путем установления международного права, наилучшим образом соответствует «пост-историческому миру», чем привычная Америке вера в Бога, национальный суверенитет и вооруженные силы.
В конечном счете, я никогда не придавал Америке, а тем более ее вооруженным силам, функцию установления мировой демократии. Установление демократии должно проводиться теми государствами, которым эта демократия нужна, и это достаточно долгий процесс.
Такие сторонние государства, как США, могут подать пример успешного развития экономического и политического общества. Также они могут помочь средствами, советом, техническими обеспечением и, если это необходимо, вооруженными силами. Но принудительная смена режима никогда не помогала становлению демократии.
Фрэнсис Фукуяма - декан Школы углубленных международных исследований при университете Джона Хопкинса и председатель редакционного совета журнала The American Interest.
Copyright: Project Syndicate/The American Interest, 2007.
www.project-syndicate.org / www.the-american-interest.com
Перевод с английского – Николай Жданович
You might also like to read more from Френсис Фукуяма or return to our home page.
|
|
