Wednesday, August 20, 2014
0

Ощущение богатства

Кто богаче, вы или я? Пока у нас обоих достаточно средств для комфортной жизни, этот вопрос не должен иметь особого значения. Многие из нас и стараются сделать так, чтобы он его не имел. Но иногда такие сравнения гложут нас. В эпоху глобализации, с ее быстрым экономическим ростом в одних областях и застоем в других – и с телевидением и Интернетом, дающими нам возможность увидеть, как живут другие – эти сравнения становятся все более и более важным фактором в мировой экономике.

Покойный социальный психолог Леон Фестинджер утверждал, что сравнивать людей по их успеху, каким бы сомнительным нам ни казалось это занятие с моральной точки зрения – фундаментальная мотивация человека, присутствующая в любом обществе и во всех социальных группах. Фестинджер утверждал, что, каким бы ни было мерило успеха, – будь то богатство, способности или просто личное обаяние, – люди склонны больше всего интересоваться сравнением с теми, кого они видят регулярно и чьи достижения находятся примерно на одинаковом с ними уровне. Мы обычно не беспокоимся по поводу тех, кто либо намного более, либо намного менее успешен, чем мы сами. Мы считаем их настолько непохожими на нас, что просто не обращаем на них внимания.

В новой значительной работе профессора Гарварда Бенджамина Фридмана «The Moral Consequences of Economic Growth» («Моральные последствия экономического роста») подробно описывается, каково значение ощущений, порождаемых этими сравнениями, для социальной гармонии и успеха нашей экономики.

Фридман утверждает, что сравнения по богатству более опасны для общества, если оказывается, что богатые принадлежат к другой расе или этнической группе. В этом случае сравнения приобретают политическую окраску и вносят свой вклад в социальный конфликт, что обычно приводит к ухудшению экономических результатов.

Например, ошеломляющий экономический рост Южной Кореи в последние десятилетия, согласно Фридману, в заметной степени обусловлен этнической однородностью страны, которая приводит к тому, что люди меньше возмущаются относительным успехом других. Напротив, препятствием для экономического развития Шри-Ланки, где 40 лет назад уровень жизни был такой же, как и в Корее в то время, стало то, что тамильскому меньшинству казалось, будто сингальское большинство ограничивает их возможности и препятствует их развитию. Возникшие в результате этого столкновения на этнической почве привели к тому, что реальный доход на душу населения в Шри-Ланке сегодня составляет всего лишь одну пятую от уровня Кореи.

Экономист Альберт Хиршман однажды уподобил общество, разделенное на явно отличные друг от друга группы многорядной автомагистрали, где люди не в состоянии перестроиться из ряда в ряд. Если движение застопорилось на несколько часов, и больше не движется никто, мы склонны расслабляться и примиряться с ситуацией. Если же транспорт затем начнет двигаться в другом ряду, то все с восторгом приветствуют перемены. Даже если мы все еще стоим, мы симпатизируем тем, кто движется, считая, что и мы скоро также начнем двигаться. Но если в другом ряду движение продолжается, а мы продолжаем стоять, наш восторг в конечном счете сменяется раздражением и гневом.

То же самое верно для и экономики стран, которые начинают быстро развиваться. Люди должны чувствовать, что и социальная группа, к которой они принадлежат, – как бы они ее ни называли, – в конечном счете получит пользу.

Ключевым озарением в книге Фридмана является фундаментальная важность двух видов сравнений, при помощи которых люди оценивают собственный успех: сравнения с собственным прошлым опытом (или прошлым опытом семьи) и сравнения с другими людьми, которых они видят вокруг себя. Когда экономический рост не очень уверенный и люди больше не видят улучшений по сравнению с прошлым опытом, первое сравнение становится более важным – и его начинают использовать миллионы людей.

Но когда спад затрагивает разные группы по-разному, особенно когда члены некоторых групп (справедливо или несправедливо) воспринимаются как более успешные, чем другие, второе сравнение также приобретает значение. Вспомните необузданный антисемитизм, – отчасти в конечном итоге и приведший к геноциду, – возникший во время Великой депрессии 30-х годов.

Конечно, это крайний пример, и Фридман не говорит о том, что снижение скорости экономического развития обязательно приводит к брожению в обществе. Действительно, в истории было много эпизодов, когда снижение темпов роста или даже упадок экономики происходили без каких-либо необычных социальных проблем.

Силы истории многогранны; они заставляют усомниться в любой простой экономической теории. Фридман прав, что социальное сравнение является движущей силой человеческих тревог, если не конфликтов, но это утверждение столь же верно и тогда, когда экономика растут. В некоторых частях мира растущие ожидания, если они не исполняются, могут привести к тем результатам, на описании которых Фридман делает особый акцент.

Например, многие люди в Китае сегодня чувствуют большое психологическое напряжение, стремясь соответствовать ожиданиям, порожденным всеми этими разговорами об «экономическом чуде» в их стране, и видя в своей среде других людей, чье богатство значительно – и они тревожатся по поводу собственного личного успеха.

По мере продолжения роста и развития в странах, находящихся на экономическом подъеме, наподобие Китая, люди будут все больше и больше сравнивать себя с более богатыми людьми в крупных городах своей страны. Успешные люди этих стран будут все больше и больше сравнивать себя с жителями других стран, которые воспринимаются как еще более успешные.

Если Фестинджер и Фридман правы, с этим мало что можно поделать, потому что такие сравнения заложены в природе человека. Но, независимо от того, происходит ли это в стране с экономикой на подъеме или на спаде, порождаемые такими сравнениями тревоги явно представляют собой потенциальную опасность – возможный источник волнений и нестабильности. Таким образом, вопрос в том, можно ли что-нибудь сделать для того, чтобы свести к минимуму этот риск.

Очевидно, спокойные темпы экономического роста в развивающемся мире – ни настолько высокие, что это готовит почву для последующего краха, ни настолько низкие, что это ослабляет у людей чувство уверенного продвижения к лучшей жизни – содействовали бы обеспечению социальной и политической стабильности, таким образом способствуя дальнейшему росту. Но, наряду с этим, – что, возможно, еще важнее, – люди должны верить, что они живут в обществе, позволяющем им перестроиться в другой ряд и двигаться вперед быстрее, когда дорога свободна.

..

Hide Comments Hide Comments Read Comments (0)

Please login or register to post a comment

Featured