Так называемая «Европейская политика соседства» до сих пор представляла собой нечто странное. В Европейском Союзе о ней много говорят, но практических результатов мало. Она была разработана как альтернатива постоянно увеличивающемуся количеству вариантов вступления в Евросоюз: скажем, например, включение стран Южного Кавказа. Но война в Ливане и её последствия привели к неожиданному и фундаментальному изменению неторопливого характера осуществления данной политики.

Ливанская война послужила резким напоминанием Евросоюзу о том, что у него есть «стратегические интересы» (в первую очередь, интересы безопасности), и что если он станет их игнорировать, цена будет высока. Более того, разделение труда между США и Европой не функционирует в прежней проверенной временем манере: продолжающаяся война в Ираке проверяет на прочность военные возможности Америки; она привела к кризису нравственной и политической легитимности США во всём арабско-исламском мире.

Решение государств-участников ЕС отправить несколько тысяч солдат в Ливан для претворения в жизнь резолюцию ООН №1701 о прекращении огня пока что является самым значительным решение Евросоюза в рамках его «политики соседства». Сможет ли ЕС и в самом деле стать стабилизирующей политической силой в самом опасном конфликтном регионе, находящемся в непосредственной географической близости от Европы?

После Балканских войн 90-ых годов ХХ века Ближний Восток является сегодня одновременно и самым опасным и (учитывая соображения безопасности) самым важным соседствующим регионом Европейского Союза. Почему? Потому что основные угрозы для безопасности Европы в начале XXI века идут из данного региона. Угрозы, существующие на Ближнем Востоке многообразны: региональные конфликты, тоталитарные религиозные идеологии, терроризм, программы ядерного вооружения, препятствование модернизации, нестабильные режимы и гегемонические амбиции.

Если кто-нибудь спросит, каковы интересы ЕС и его государств-участников в данном поражённом кризисом регионе, то ответ будет заключаться в том, что, конечно, на карту поставлены энергетические и экономические интересы Европы, а также важнейшие интересы партнёров и союзников Европы (в особенности, Израиля). Но самое главное это интересы Европы. То, как будут развиваться события на Ближнем Востоке, определит степень риска и, возможно, даже задачи европейской безопасности. Успех в сдерживании или даже в разрешении конфликта в данном регионе будет иметь чрезвычайно положительные последствия для безопасности Европы.

Сегодня ситуация на Ближнем Востоке определяется тремя центральными конфликтами: арабо-израильским конфликтом, проблемой Ирака и проблемой Ирана. Ядерная программа Ирана (а также его гегемонические амбиции), ситуация в Ираке и с «Хезболлой» в Ливане вместе могут привести к «новому Ближнему Востоку», который по всей вероятности спровоцирует серьёзную конфронтацию, которая не ограничится только привычными местными участниками и конфликтами. Война в Ливане совершенно отчётливо показала, насколько далеко уже зашёл данный опасный процесс.

Ливанская миссия крайне рискованна для контингента ООН и, в особенности, для Европы. Война не принесла реального разрешения ситуации. Ни «Хезболла», ни Сирия, не говоря уже об Иране, не заинтересованы в успехе миссии ООН. Резолюция Совета Безопасности предполагает (вдобавок к разделению воинствующих сторон) укрепление внутреннего и внешнего суверенитета правительства Ливана, избранного ливанским народом, но в ней не говорится, как именно это сделать, в то время как политически усилившаяся «Хезболла» превосходит в военном плане ливанские силы.

Любая попытка сил ООН разоружить «Хезболлу» будет означать войну с ней (а также косвенно с Сирией и Ираном), а такая задача войскам ООН не по плечу. Но если бы ООН и Европа остались бы простыми наблюдателями того, что происходит в Ливане, то потеряли всякое доверие к себе. Более того, вполне вероятно, что через несколько месяцев солдаты ООН вновь окажутся на линии огня между конфликтующими сторонами. ООН и ЕС, таким образом, будут идти по лезвию ножа, пытаясь решить нелёгкую задачу стабилизировать ситуацию в стране. Неудача приведёт к появлению постоянной опасности и к высокому военному риску. Однако в данной ситуации лучшего выхода нет.

Принимая во внимание риск для своих войск, Европа будет вынуждена оказывать влияние и даже осуществлять превентивные стратегические изменения в политической жизни всего Ближнего Востока. Приняв решение в пользу начала миссии в Ливане, ЕС перешёл военный Рубикон. Сейчас ему следует поддержать своё растущее влияние на Ближнем Востоке политическими действиями. Сюда должны войти три ключевых элемента: дипломатическое решение сирийской проблемы; возобновление переговоров между Израилем и палестинцами; и разработка общего с США стратегического понимания политического подхода Запада к проблемам данного региона (призванного решить самый опасный конфликт региона, связанный с Ираном). Данное общее понимание станет главным испытанием будущих трансатлантических взаимоотношений.

Для Европы и её солдат ставки в Ливане очень высоки. Но это же касается и интересов Европы. Война и хаос на Ближнем Востоке или хотя бы нравственный или политический вакуум будут иметь прямое отрицательное воздействие на безопасность ЕС и всех его государств-участниц. Поэтому Европе пришлось действовать, хотя данное решение и было нелёгким. Главный вопрос ближайшего будущего заключается в том, есть ли у Европы в действительности военные и политические возможности, политическая выдержка и сила воли, чтобы действовать в соответствии со своими ключевыми интересами на Ближнем Востоке. Вскоре мы это узнаем. В любом случае, кое-что уже можно сказать: добро пожаловать обратно в реальный мир!