Saturday, August 23, 2014
0

Новое «старое» правительство Египта

КАИР. Президент Египта, впервые выбранный в ходе свободного голосования Мухамед Морси, представляющий движение «Братья-мусульмане», назначил свой первый кабинет министров, и что же произошло? В его состав вошло большое количество чиновников из предыдущего правительства.

Правительство Морси четко отображает соотношение сил между президентом и Высшим советом вооруженных сил Египта (ВСВС). Но в то же время оно воспроизводит стратегию движения «Братья-мусульмане» по изменению расстановки сил.

Новый премьер–министр Хишам Кандил отобрал тридцать пять членов кабинета министров, семеро из которых (в том числе сам Кандил) являются  министрами предыдущего правительства, назначенного ВСВС. Портфели пяти министров: информации, высшего образования, по делам молодежи, труда, жилищного строительства были переданы представителям «Партии свободы и справедливости» (ПСС), созданной движением «Братья-мусульмане». Остальные прореволюционные деятели также контролируют ряд министерских портфелей: министра образования, министра по юридическим вопросом и отношениям с парламентом, министра по делам промышленности и внешней торговле и, самое важное, министра юстиции.

Силовые министерства ‑ внутренних дел и обороны ‑ остались под контролем фигур, ассоциирующихся со старым режимом. Фельдмаршал Хуссейн Тантави (бывший председатель ВСВС) сохранил свой пост министра обороны, а генерал Ахмед Гамаль эль-Дин, чье жесткое поведение воспламенило революцию, был назначен министром внутренний дел.

Абдэль-Ахад Гамаль эль-Дин, дядя Гамаля эль-Дина, в 2000-е годы был лидером парламентского большинства правящей Национальной демократической партии. Его племянник был сторонником «жесткого курса» на переговорах по освобождению политических заключенных, а также на переговорах, состоявшихся после окончания уличных столкновений в ноябре 2011 года. Помимо этого, он выступал свидетелем на «Суде над офицерами Гизы», в ходе которого 17 офицеров полиции обвинялись в убийстве и нанесении телесных повреждений протестующим в январе 2011 г. Он защищал полицейских, заявляя, что жертвы были убиты при «самообороне».

Несмотря на это, Ашраф эль-Банна, соучредитель реформисткой организации «Общая коалиция офицеров полиции» (ОКОП), настроен оптимистически: «Он был успешным заместителем [министра внутренних дел]. ...[Поэтому] мы ожидаем реформ. В министерстве сложилась невыносимая ситуация». Однако, другие, например представители коалиции более революционно настроенных офицеров так называемой «Почетной коалиции», обвинили Гамаля эль-Дина в принадлежности к влиятельной анти-реформистской фракции в министерстве, именуемой люди «аль-Адли» (сторонники бывшего министра внутренних дел Хабиб аль-Адли).

Что касается сил, требующих перемен, то министр информации Абдель Максуда, главная фигура медиа-крыла движения «Братья-мусульмане», будет продолжать контролировать сектор, который продолжает «атаковать» группу и Морси, даже после его победы на выборах. Министр по делам молодежи, Осама Яссин, также один из лидеров движения «Братья-мусульмане», был де-факто «шефом по безопасности» на площади Тахрир на протяжении 18 дней, результатом которых стало свержение бывшего президента Хосни Мубарака. Он является членом так называемой «железной организации» ‑ сильной, целеустремленной фракции, возглавляемой Хайратом аль-Шатером, первым заместителем председателя «Братства» (заместителем генерального руководителя).

Аналогичным образом, руководство высшим образованием досталось Мостафе Моссаду, члену Партии за свободу и справедливость, который отвечал за пакет действий в области образования во время предвыборной кампании Морси. Министерство труда перешло под управление Хадель аль-Ажари, члена «Братства», который был заместителем председателя Союза рабочих и одной из жертв жестокости полицейских в 2010 г.

Для «Братства» все еще может измениться, если, после предстоящих парламентских выборов, прави��ельство будет распущено. Однако, даже, если это произойдет, то полученный опыт, информация и знания будут для «Братства» огромной ценностью.

Четыре оставшихся министерства перешли к прореволюционным и исламистским деятелям. Мохамед Махсуб, лидер центристской исламистской парии «Аль-Васат», выступавший против возвращения чиновников периода правления Мубарака, стал министром по юридическим вопросам и отношениям с парламентом; Хатем Салех, заместитель председателя Гражданской партии, присоединившийся к движению «Братья-мусульмане» во время последних парламентских выборов, был назначен министром по делам промышленности и  внешней торговле.

Министерство по делам религий, которое оказывает влияние на основной исламистский институт Аль-Азхар, перешло к еще одному союзнику «Братства», Талаафу Афифи, заместителю руководителя исламской организации за права и реформы, которая объединяет больше ста ведущих ученых-исламистов и активистов. И, наконец, Ахмед Мекки, бывший заместитель руководитель Кассационного суда (высшего апелляционного суда Египта), будет возглавлять министерство юстиции, в котором требуется проведение реформ. Мекки ‑ жесткий сторонник судебной независимости, и ему было присвоено звание «представитель революции» в правительстве Квандилы.

В целом, только десять из тридцати пяти министров относятся к силам, выступающим за перемены, а остальные министры представляют собой сочетание деятелей «старого режима» и технократов без какой-либо публично объявленной  политической принадлежности. Однако, выбор десяти министров стратегически понятен, принимая во внимания предстоящую «битву» между движением «Братья-мусульмане» и ВСВС. Все эти министры представляют собой дешевую гибкую власть, т.е. официальные институты, которые могут увеличить способность сил, поддерживающих перемены, мобилизоваться, принимая во внимание их религиозную легитимность и устраняя угрозу законодательной рецессии, т.к. они укрепляют неофициальные сети на местах.

Однако, ВСВС применяет аналогичную стратегию: укрепляя свое влияние над ключевыми министерствами. Например, многие из тех, кто, как предполагалось, покинет свои посты на прошлой недели во время ежегодных кадровых перестановок в министерстве внутренних дел в связи с обвинениями в коррупции, причастности к репрессиям или же и в том, и в другом, остались на свои местах. Многие даже получили повышение.

Таким образом, борьба за Египет продолжается. «Вторая Республика» еще не родилась.

Hide Comments Hide Comments Read Comments (0)

Please login or register to post a comment

Featured