8

Долг и заблуждение

НЬЮ-ХЕЙВЕН. Экономисты любят говорить о границах, пересечение которых создает проблемы. Обычно в том, что они говорят, есть доля правды. Но публика обычно слишком остро реагирует на подобные заявления.

Например, отношение долга к ВВП, часто обсуждаемое в эти дни в европейских и американских новостях. Они, порой, в один голос говорят, что долг Греции составляет 153 процента от ежегодного ВВП и что Греция неплатежеспособна. Сопоставьте эти заявления с недавними кадрами бунтующих на улицах греков. И на что это похоже?

Здесь, в Штатах, это могло бы быть кадрами из нашего будущего, так как государственный долг страны опасно близок к 100 процентам годового ВВП и продолжает расти. Но, возможно, эта картина несколько преувеличена нашим воображением. Почему люди считают страну неплатежеспособной после того, как ее долг превысит 100 процентов от ВВП?

Это определенно абсурд. В конечном итоге, долг (который измеряется в единицах валюты) и ВВП (который измеряется как отношение единицы валюты к единице времени) в итоге дают отношение, измеряемое в единицах чистого времени. Нет ничего особенного в том, чтобы использовать год как единицу измерения. Год ‑ это время, за которое земля совершает оборот вокруг солнца, что, за исключением сезонных отраслей, как, например, сельское хозяйство, не имеет практического экономического значения.

Мы должны были усвоить еще с уроков в старших классах: нужно всегда обращать внимание на единицы измерений. Возьмете неверные единицы измерения и совершенно запутаетесь.

Если бы экономисты не пересчитывали на годовой основе ежеквартальные данные и не умножали квартальный показатель ВВП на 4, отношение долга к ВВП в Греции было бы в 4 раза выше, чем оно есть сейчас. А если бы они вычисляли ВВП на базе десяти лет, умножая ежеквартальный показатель ВВП на 40 вместо четырех, долг Греции составил бы всего лишь 15 процентов. С точки зрения платежеспособности Греции, подобные единицы измерения были бы более подходящими, поскольку от нее не требуется вернуть все долги в течение одного года (если только кризис не лишит ее возможности рефинансирования этого долга).

Кстати, часть греческого государственного долга принадлежит самим грекам. Кроме того, долговое бремя, как таковое, сильно занижено, так как не учитывает обязательства греков по отношению друг к другу (в основном в виде семейных обязательств). Таким образом, на протяжении всей истории страны, отношение долга к годовому ВВП (включая неофициальные долги) значительно превышало 100%.

Большинство людей никогда не задумываются об этом, когда реагируют на подобные заголовки с цифрами, выражающими отношение долга к ВВП. Могут ли эти люди на самом деле быть настолько глупы, чтобы запутаться в этих взаимосвязях? Опираясь на личный опыт, я вынужден сказать, что могут, потому что даже я, профессиональный экономист, вынужден периодически останавливать себя от совершения такой же ошибки.

Экономисты, которые придерживаются рационалистической модели, никогда в этом не признаются, но многое из того, что происходит на рынках, обусловлено чистейшей глупостью, или, скорее, невнимательностью, ошибочной информацией об основных экономических показателях и преувеличенным вниманием к циркулирующим в данный момент историям.

То, что на самом деле происходит в Греции, называется механизмом социальной обратной связи. Что-то послужило причиной, заставившей инвесторов опасаться, что греческий долг имеет повышенный риск возможного дефолта. Снижение спроса на греческие долговые обязательства ведет к обвалу их стоимости, а это значит,  что требования к их доходности в рыночных процентных ставках возрастают. Более высокие ставки увеличивают стоимость рефинансирования долгов для Греции, создавая финансовый кризис, который заставляет власти вводить жесткие меры экономии, приведшие к общественным беспорядкам и экономическому коллапсу, который порождает еще больший скептицизм со стороны инвесто��ов относительно кредитоспособности Греции.

Эта обратная связь не имеет никакого отношения к пересечению определенной границы отношения долга к ВВП до тех пор, пока люди, которые создают эту обратную связь, не начнут в это верить. Точнее, отношение долг-ВВП это фактор, который помогает нам оценивать риски возникновения отрицательной обратной связи, поскольку правительство должно будет рефинансировать краткосрочный долг быстрее, и, если кризис увеличит процентные ставки, то власти рано или поздно встретят сильное давление, вынуждающее к жесткой экономии бюджетных средств. Но эта взаимосвязь не является причиной обратной связи.

Сейчас широко цитируется написанная в прошлом году статья Кармен Реинхарт и Кеннета Рогоффа, которая называется «Экономический рост в долгах», в которой приведены данные анализа 44 стран на протяжении 200 лет, показывающие, что, когда государственный долг превышает 90% ВВП, экономический рост стран замедляется, теряя примерно один процентный пункт в год.

Кто-то может заблуждаться, считая, что, поскольку 90% звучат близко к 100%, то ужасные вещи начинают происходить в странах, попавших в такую ситуацию. Но если прочитать статью внимательно, то становится очевидным, что Рейнхарт и Рогофф выбрали цифру в 90 процентов совершенно произвольно. Они разделили, без оснований, отношение долга к ВВП на следующие категории: ниже 30 процентов, 30-60 процентов, 60-90 процентов и более 90 процентов. И оказывается, что темпы роста снижаются во всех этих категориях, когда отношение долга к ВВП растет, а при уровне выше 90 процентов темпы замедления лишь немного увеличиваются.

Также существует проблема обратной причинно-следственной связи. Отношение долга к ВВП имеет тенденцию к росту в странах, испытывающих экономические затруднения. Если это часть причины, по которой более высокое отношение долга к ВВП соответствует более низкому темпу роста, то существует меньше причин полагать, что страны должны избегать высокого соотношения, так как кейнсианская теория утверждает, что условия жесткой финансовой экономии скорее подрывают, нежели способствуют, улучшению экономических показателей.

Фундаментальная проблема, с которой большая часть мира сейчас сталкивается, заключается в том, что большинство инвесторов слишком эмоционально относятся к отношению долг-ВВП, страшась какой-то магической границы, и слишком рано начинают требовать введения мер жесткой финансовой экономии. Они просят правительство сокращать расходы, пока их экономика остается уязвимой. Семьи напуганы и урезают расходы, а предприятия отговаривают брать кредиты для финансирования капиталовложений.

Урок прост: мы должны меньше волноваться по поводу долговых коэффициентов и границ и больше по поводу неумения разглядеть искусственность и, зачастую, бессмысленность этих индикаторов.