Бернар Кушнер – новый министр иностранных дел Франции - давно и широко известен как сторонник интервенций в страны, где нарушаются права человека. Как соучредитель организации «Врачи без границ», он заявил, что «мы создавали моральное право вмешиваться в дела других стран». Массовое убийство иракских граждан Саддамом Хусейном было причиной его поддержки войны в Ираке. Надо соблюдать осторожность, приписывая мотивы взглядам других людей. Но Кушнер сам часто говорил, что убийство его бабушки с дедушкой (русских евреев по происхождению) в Освенцине пробудило его гуманитарный интервенционизм.

С политикой Кушнера можно соглашаться или не соглашаться, но его мотивы являются безупречными. Тот факт, что многие выдающиеся интеллектуалы еврейского происхождения в Европе и США (часто, подобно Кушнеру, с левым прошлым) симпатизируют идее использования американских военных сил для защиты прав человека и установления демократии во всем мире, может иметь одно происхождение. Любая сила оправдана, чтобы избежать еще одного Холокоста, и те, кто уклоняется от своего долга поддержать такую силу, считаются не лучше пособников зла.

Если бы нас меньше преследовали воспоминания о попустительстве нацистскому режиму и последующем геноциде, люди не были бы так озабочены защитой прав человека, как сегодня. Конечно, нельзя утверждать, что все, кто выступает в защиту прав других, приводят в пример ужасы Третьего Рейха, чтобы оправдать англо-американское военное вмешательство.

Но термин «исламофашизм» был изобретен не зря. Он призывает нас видеть в большой части исламского мира естественное продолжение нацизма. Саддама Хусейна, которого едва ли можно было назвать исламистом, и иранского президента Махмуда Ахмадинежада, который является исламистом, часто описывают как естественных преемников Адольфа Гитлера. И в слабости европейских стран, не говоря уже о «предательстве» их либеральных принципов, прокладывающем путь для исламистского завоевания Европы («Еврабии»), видят страшное эхо попустительства нацистской угрозе.

Революционный исламизм, несомненно, является опасным и кровавым. Однако аналогии с Третьим Рейхом, хотя и очень эффективны как способ осуждения оппонентов, обычно необоснованны. Исламистские армии не собираются пройти маршем по Европе (действительно, большинство жертв революционного исламизма живет на Ближнем Востоке, а не в Европе), и Ахмадинежад, несмотря на свои угрозы и заявления, не имеет даже крупицы власти Гитлера.

Отказ многих мусульман интегрироваться в Западные общества, а также высокий уровень безработицы и легкий доступ к революционной пропаганде, могут легко перерасти в акты насилия. Но перспектива «исламизированной» Европы также представляется весьма отдаленной. Мы не является свидетелями повторения 1938 года.

Так чем же вызвана такая тревога по поводу попустительства Европы, особенно среди нео-консерваторов? Зачем нужно легкое приравнивание исламизма к нацизму? Израиль часто называют основной причиной. Но Израиль может означать разные вещи для разных людей. Для некоторых евангелических христиан это священное место второго пришествия Мессии. Для многих евреев это единственное государство, которое всегда предоставит им убежище. Для нео-консервативных идеологов это оазис демократии в пустыне тирании.

Защита Израиля от его исламских врагов, действительно, может быть фактором в экзистенциальной панике, лежащей в основе сегодняшней «войны с терроризмом». Иран, обладающий ядерным оружием, действительно заставит Израиль почувствовать себя более уязвимым. Но это, наверное, слишком неправдоподобное объяснение. Кушнер не поддерживал интервенцию Запада в Боснию и Косово из-за Израиля. Если забота об Израиле и играла роль в поддержке войны в Ираке со стороны Пола Вулфовица, то, наверное, не очень большую. Обоих мотивировала забота о правах человека и демократии, а также, наверное, геополитические соображения.

И все же исламистская риторика, используемая Ахмадинежадом и другими, намеренно пробуждает воспоминания о Холокосте. Так что, наверное, экзистенциальный страх некоторых Западных интеллектуалов легче объяснить, чем их поразительная и подчас раболепная вера в способность правительства США спасти мир с помощью силы.

Объяснение этой загадочной веры, возможно, кроется в чем-то другом. Многие нео-консерваторы в прошлом принадлежали к левым партиям, в которых была распространена вера в революцию сверху: «народные демократии» вчера, «либеральные демократии» сегодня. Среди евреев и других меньшинств, еще одно историческое воспоминание может играть роль: защита имперского государства. Австрийские и венгерские евреи были одними из самых верных подданных австро-венгерского императора, потому что он защитил их от агрессивного национализма большей части населения. Польские и русские евреи, по крайней мере на заре коммунистической эпохи, часто были верными сторонниками коммунистического государства, потому что оно обещало (как оказалось, ложно) защитить их от националистов антисемитов.

Если бы действительно было правдой то, что фундаментальному существованию нашего демократического Западного мира может положить конец исламская революция, было бы только логично искать защиту в силе и могуществе неформальной империи США. Но если видеть наши сегодняшние проблемы в менее апокалипсическом свете, то приходит на ум другое trahison des clercs (предательство интеллектуалов): слепая поддержка иногда глупой военной державы, ведущей войны, в которых нет необходимости и которые уносят больше жизней, чем должны были спасти.

Авторское право: Project Syndicate, 2007.
www.project-syndicate.org
Перевод с английского: Евгения Унанянц