China World
“Проиграет” ли Китай Олимпийские Игры 2008 года?
Ян Бреммер
|
|
|
|
Когда в июле 2001 года Международный Олимпийский Комитет выбрал Пекин местом проведения Летних Игр 2008 года, эта весть разожгла дикие празднества по всей стране. Китайская Коммунистическая Партия надеялась использовать Игры для того, чтобы продемонстрировать восхождение страны в качестве динамичной современной нации. Но по мере того, как руководители Китая начинают заключительные приготовления к Играм в августе следующего года, они, возможно, задаются вопросом, была ли идея о проведении этого события в Китае, в конечном итоге, хорошей идеей. У них есть серьезные причины для сомнений.
Высокопоставленные руководители Китая всегда внимательно контролируют спонтанные общественные выражения националистического пыла, опасаясь, что переменный ветер может принести нежеланный шторм в их направлении. Конечно, они надеются на то, что Игры направят эту активность в русло национальной солидарности, которая позволит руководству предоставить своему народу момент достижений и патриотической славы.
Но Олимпийские Игры также приведут к тщательному международному изучению слабостей Китая в деликатный момент для развития страны. Мир уже знает об успехе Китая и его привлекательности в качестве места назначения для иностранных инвестиций, но немного посторонних непосредственно видели высокую цену, которую платит страна за свое новое процветание.
Самые очевидные знаки этой цены протекают по водным путям страны и загрязняют ее воздух. Стремительный рост и развитие оставили приблизительно 70% озер и рек Китая сильно загрязненными и многие из них непригодными для какого-либо использования человеком. Действительно, почти пол-миллиарда китайцев испытывают недостаток в доступе к чистой питьевой воде, а количество окончательно загрязненных рек и озер растет с каждым днем.
Но качество воздуха продемонстрирует более неловкую проблему в августе следующего года. Телевизионное освещение задыхающихся атлетов вряд ли обеспечит Пекину фирменный Олимпийский имидж, который он имел в виду, а растущая международная обеспокоенность по поводу изменения климата и других опасностей вредного воздействия окружающей среды гарантирует, чтобы такие проблемы получили значительное освещение в СМИ.
Существует также риск, что Игры станут политическим цирком, поскольку центр международного внимания создает непреодолимые возможности для публичных протестов. Китайское руководство много раз демонстрировало, что оно может подавить внутренний раскол, но уникальный масштаб Олимпийских Игр потребует круглосуточной бдительности.
Активисты, у которых есть обиды из-за Тибета, Тайваня, Бирмы, Дарфура и множества других политических и экологических проблем, а также проблем в области прав человека, уже готовятся. Неужели Китай готов к тому, чтобы сторонники Гринписа, Прав Человека в Китае, Международной Амнистии и Фалун Гонга вышли на улицы в то время, когда тысячи иностранных журналистов находятся в поисках историй и задают вопросы, на которые власти не привыкли отвечать?
Даже если полицейские смогут сохранить порядок в Пекине, смогут ли они расширить этот контроль на всю страну? Смогут ли они управлять потоком информации и идей через блогосферу, когда онлайновые активисты откроют еще один фронт в своем сражении за свободную информацию? Мы знаем, что китайские чиновники никогда не сталкивались с проблемой такого масштаба с таким потенциалом как для победы, так и для поражения.
Игры также создадут существенные риски во внешней политике. В Тайване уходящий президент Чэнь Шуйбянь взбалтывает горшок независимости, зная, что центр Олимпийского внимания ограничит способность Пекина дать мощный отпор. Он уже предложил народный референдум по членству Тайваня в Организации Объединенных Наций. Влияние Китая внутри ООН предотвратит такой шаг, даже если Тайвань проголосует «за», но Китаю только не хватало, чтобы международная конфронтация совпала с Олимпийскими Играми.
Потом стоит вопрос о том, какой прием получат Игры на Западе. С 2001 года Китай все больше становился центром серьезной обеспокоенности в развитом мире. Огромные дефициты двусторонней торговли, обвинения в том, что Китай искусственно занижает стоимость своей валюты, и поток дефектного и опасного китайского экспорта разожгли негативную протекционистскую реакцию в Соединенных Штатах и Европе.
Среди горьких дебатов в год выборов по поводу Ирака и Ирана и мрачной экономической перспективы, американцы могут быть не в настроении для торжественного зрелища новой восходящей державы, выставленной напоказ в Пекине. Будут ли беспокойные азиатские соседи Китая более восприимчивыми? Наверняка последует международная критика, если хоть что-нибудь будет не так во время Игр, особенно если это коснется подавления инакомыслия и разнесется по всему миру через 24-часовое кабельное телевидение и Интернет.
Китай изменился с тех пор, как семь лет назад он "выиграл" право на проведение игр 2008 года. Партийное руководство стало более самоуверенным в своей растущей международной роли, но его способность управлять темпом изменений внутри страны стала более неуверенной. В 2001 году тогдашний президент Цзян Цземинь надеялся, что Игры возвестят о восхождении Китая в качестве индустриальной державы. Но его преемник Ху Цзинтао сосредоточился на вреде, который принес необузданный рост. Он и премьер-министр Вэнь Цзябао также выступили в поддержку "более гармоничного" общества, потому что они понимают, что больше нельзя пренебрегать увеличивающимся разрывом в достатке, социальной напряженностью, экологическими проблемами и проблемами в области здравоохранения, а также непрочными отношениями Партии с менее обеспеченными людьми Китая.
По мере того, как руководители Китая из всех сил пытаются найти решение этих проблем, неужели они все еще будут смаковать идею о том, чтобы предоставить международной аудитории места в первом ряду? То, какими будут их воспоминания об Играх после того, как с улиц сметут конфетти, вовсе не ясно.
Ян Бреммер – президент Группы Евразия и старший научный сотрудник в Институте Мировой Политики.
Авторское право: Project Syndicate, 2007.
www.project-syndicate.org
Перевела с английского языка Ирина Сащенкова
You might also like to read more from Ян Бреммер or return to our home page.
|
|
