The World in Words
Палестина как неудавшееся государство
Шломо Авинери
|
|
|
|
Создается впечатление, что каждая прошедшая неделя означает для Палестины шаг назад. То, что президенту Махмуду Аббасу не удалось созвать Палестинскую законодательную ассамблею из-за бойкота «Хамаса», может со всей неизбежностью привести к окончательному распаду политических структур, созданных в рамках заключенных в Осло соглашений. Как ни печально, но это всего лишь последняя глава в трагической истории безуспешных попыток палестинцев создать национальное государство.
Палестинцы воспринимают свою историю как историю борьбы против сионизма и Израиля. Но в действительности она не так проста, и изобилует неоднократными неудачными попытками создать цельное политическое образование, даже в моменты, когда исторические условия благоприятствовали этому.
Вероятно, первая из этих неудач имела место в 20-е годы XX века, когда британские власти, управлявшие Палестиной по мандату, содействовали созданию двух национальных сообществ – еврейского и арабского – для учреждения общественных институтов самоуправления, которые бы занимались вопросами образования, благосостояния, жилья и местного самоуправления.
Евреи – в то время составлявшие менее 20% от населения Британской Палестины – учредили так называемый Национальный комитет («Ваад Леуми»), основанный на выборном органе, Ассамблее представителей евреев Палестины. В эту Ассамблею регулярно проводились выборы, в которых иногда участвовало более десятка конкурирующих партий.
Это автономное учреждение стало предшественником политической структуры зарождающегося еврейского государства, а его лидеры – в их числе и Давид Бен-Гурион – стали в будущем политической элитой Израиля. Израиль добился успеха как нация, с бурной и иногда даже чересчур шумной парламентской жизнью, именно потому, что его лидеры воспользовались этой возможностью.
В то же время палестинцы так и не создали подобных структур, способных стать зародышами государственного устройства: был учрежден Верховный арабский комитет, образованный из региональных и племенных аристократов, но никаких выборов в него не проводилось. Муфтий Иерусалима, Хадж Амин аль-Хуссейни (позднее союзник нацистской Германии) стал его председателем, но комитет так и не смог ни создать принятое большинством национальное руководство, ни предоставить арабскому сообществу тот спектр образовательных и социальных услуг, который предлагали еврейскому сообществу его выборные органы.
Вторая неудача имела место во время арабского восстания против британского правления Палестиной в 1936–1939 годах, сопровождавшегося массовыми террористическими актами против еврейского гражданского населения. Само восстание было жестоко подавлено британской армией, но не раньше, чем произошел раскол внутри палестинского сообщества, в результате которого возникли две вооруженные группировки: одна на основе клана Хуссейни, а другая – более умеренного клана Нашашиби. Эти группировки начали ожесточенную борьбу друг с другом. В результате их противоборства погибло больше палестинцев, чем от рук британских солдат или еврейских сил самообороны.
Третья, еще более трагическая неудача, произошла в 1947–1948 годах, когда палестинские арабы отвергли план ООН по разделу страны, предусматривавший создание отдельных арабского и еврейского государств после ухода британцев. В то время как евреи согласились на этот компромисс, палестинские арабы, при поддержке Лиги арабских государств, отвергли его и начали войну против новорожденного государства Израиль.
Поражение палестинских арабов в этой кампании и возникшая вследствие этого проблема беженцев являются определяющим моментом для палестинцев. Но при пересказе этой истории иногда упускается тот факт, что практически все слои арабского общества Палестины отвергли план ООН. Палестинцы были неспособны создать цельные политические институты и единое военное командование для противостояния еврейскому сообществу, которое было значительно меньше. Напротив, осажденное еврейское сообщество, под руководством Давида Бен-Гуриона и еврейских сил самообороны («Хаганна») смогло, при помощи своих демократических учреждений и при минимальном недовольстве, мобилизовать ресурсы, необходимые для успешного проведения военной кампании.
Действительно, многие палестинские лидеры сбежали в Бейрут или Каир, как только начались боевые действия. Клан Хуссейни создал свое ополчение в районе Иерусалима. Близ Тель-Авива, в Яффе, положение контролировала конкурирующая вооруженная группировка под руководством Хассана Саламеха. На севере страны на еврейские поселения нападали базирующиеся в Сирии боевики под руководством Фавзи-аль-Каукджи. Более умеренно настроенные арабы Хайфы пытались, хотя и без большого успеха, оставаться в стороне от конфликта.
Отсутствие единства сделало поражение арабов почти неизбежным. Более того, к тому моменту еще не до конца зажили раны от событий 30-х годов, представлявших собой практически гражданскую войну: взаимные подозрения и воспоминания о междоусобной бойне свели на нет сотрудничество и доверие.
Последняя неудачная попытка имела место, когда по заключенным в 1993 году в Осло соглашениям между Израилем и ООП была организована Палестинская автономия под руководством Ясира Арафата. Вместо того, чтобы создавать инфраструктуру будущего палестинского государства, постепенно передавая различные функции от израильской армии органам палестинской автономии, Арафат создал государство, основанное на «мухабарат» (службах безопасности), как в Египте, Сирии и (при Саддаме Хусейне) в Ираке.
Арафат и его сторонники из движения «Фатх» создали с десяток конкурирующих служб безопасности, – иногда неотличимых от кланового ополчения, – потреблявших более 60% бюджета палестинской автономии, отбирая эти деньги у образования, жилищной, социальной сферы, а также программ помощи беженцам. Образовавшийся вакуум заполнил «Хамас», с его сетью школ, социальных служб, общественных клубов и благотворительных организаций. Захват «Хамасом» власти в секторе Газа стал лишь последним звеном в цепи событий.
Вину за нынешний палестинский кризис легко возложить на отдельных людей – будь то Арафат или Аббас. Еще легче обвинить во всем израильскую оккупацию или политику США. Да что там говорить – виноватых можно найти много. Но все национальные движения – греческое и польское, еврейское и курдское – начинались с раздора.
Палестинцам нужно преодолеть тяжелое наследие истории – истории внутренних разногласий и кровавых междоусобных конфликтов. Сейчас они опять на распутье, и лишь от них зависит, смогут ли они подняться над своим трагическим наследием. Никто не сможет им помочь, если они не смогут сформировать цельное, согласованное и сколько-нибудь единое руководство – такое, которое сам Аббас называет «один закон, одна власть, одна армия».
Шломо Авинери – профессор политологии в Еврейском университетете и бывший министр иностранных дел Израиля.
Copyright: Project Syndicate, 2007.
www.project-syndicate.org
Перевод с английского – Николай Жданович
You might also like to read more from Шломо Авинери or return to our home page.
|
|
